Одна из причин пристрастия людей к порочному – безделье. Когда б он возделывал землю, занимался торговлей, разве мог бы он вести праздную жизнь?
Абай Кунанбаев
Главная
Литературный процесс
О поэтике Айгерим Тажи

11.12.2017 712

О поэтике Айгерим Тажи

Айгерим ТАЖИ

Пока вопрос искусственной популяризации казахстанской литературы за рубежом бурно обсуждается на уровне министерств, отдельные отечественные авторы выходят на международный уровень естественным путем, как и должно быть в сфере настоящего искусства.

Одна из них — казахстанский поэт Айгерим Тажи (1981). Несмотря на то, что её стихи переведены на другие языки, а её голос уверенно звучит в зарубежных литературных изданиях, в нашей стране про творчество этого поэта написано очень мало. Данная статья — краткий обзор, цель которого поближе познакомить читателей «Әдебиет Порталы» с поэтикой Айгерим Тажи.

Первые публикации стихов Айгерим Тажи в литературном журнале «Аполлинарий» в 2002 году привлекли внимание литераторов необычным взглядом автора. Возьмём для примера следующие строки, которые в то время цитировали многие:

Играем в крестики-нолики с Богом.

Он звезды рисует на небе, а я

Кидаю камни в зелёную воду.

Скучаем. Ничья.

Прочитав их, читатель невольно улыбнется. С одной стороны, заявление лирического героя о некоем взаимодействии с Божеством звучит провокационно, с другой стороны, визуальное воздействие настолько сильно, что читатель начинает перечитывать и понимать, что эту веселую, на первый взгляд, строфу можно читать по-разному. Кто это? Подросток, объявивший протест всему миру? Создатель, задумавшийся над тайной творчества?

О необычном образе Бога в стихах Айгерим Тажи, позже собранных в книгу «БОГ-О-СЛОВ», литературные критики высказывали разные мнения. Виктор Бадиков писал, что «такое непривычное расподобление мистического слова-символа наводит на мысль о сознательном его обмирщении».

Галина Климова в предисловии к московскому сборнику «Новые имена в поэзии» заметила, что «поэтический голос Айгерим, не принимающий условности времён и границ, в истоке своем — библейский».

мне дорога на восток
там мой Бог
немой
прячется
плачет
в кругу незрячих
чудак
off

Оксана Трутнева в своей статье в журнале «Новый мир» охарактеризовала поэтику А.Тажи следующим образом: «Находясь на условной границе между Европой и Азией, между русским и казахским языками, автор будто бы уводит нас в мир, где границ нет, где языки и ментальности слиты, и слово становится в этот мир проводником».

Галина Ермошина в обзоре для журнала «Знамя» писала, что «cловотворчество Айгерим Тажи, если так можно выразиться, — мягкое, не разрушающее словесные оболочки, а выискивающее в слове новые значения».

В творчестве Тажи важен не только замеченный критиками поиск новых значений в слове. Её миниатюрный художественный мир вмещает в себя многое, что требует от автора максимальной сосредоточенности, а от читателя – внимательного чтения и умения выявлять подтекст.

Ещё одна особенность поэтики А.Тажи — это стремление к словесной изобразительности, визуализации. В «Автопортрете» она использует кисть художника-импрессиониста:

краски бутонами

майского ландыша

пара штрихов

на меня посмотри

жилки зеленые

кожа прозрачная

шесть лепестков

гусеница внутри

Оксана Трутнева писала про это стихотворение так: «Радость бытия, счастье ощущения своего тела вдруг оборачивается ужасом, мороком, «гусеницей» — а по сути, будущей смертью». Я же вижу в этих строках позитивную метаморфозу: гусеница превращается в красивую бабочку, юный поэт — в художника.

Сегодня Айгерим Тажи можно считать одним из поэтов, стоявших у истоков модернистского течения в казахстанской поэзии. Её стихи публикуются в российских и зарубежных литературных журналах: «Знамя», «Дружба Народов», «Новый Мир», «Words Without Borders», «The Massachusetts Review», «Prairie Schooner», «Kenyon Review» и других.

Айгерим Тажи — автор книги стихов «БОГ-О-СЛОВ», лауреат международного литературного конкурса «Ступени», финалист международной литературной премии «Дебют» в номинации «Поэзия».

По ряду опубликованных в российских литературных журналах подборок стихотворений, в числе которых «Внутреннее оперенье» (2009), «По подобию птицы» (2010), «Неспящий в Тибете» (2013), «Кадры из темноты» (2015), «На пути к горнилу» (2016), можно судить о неутомимом поиске автора, её стремлении к новизне.

Поэт не ограничивает себя в тематике и в стихотворной форме. В то же время в её стихах можно разглядеть элементы и восточной поэзии, и русской поэзии «серебряного века», и западного модернизма.

неспящий в тибете похож на таких же как здесь
луны циферблат растекается на небосклоне
спускается с гор поседевший на треть незнакомец
в руках несёт старые книги в них новая весть
и мимо проходит не глядя как будто ослеп
ногами ступает по лужам роняет страницы
на ветке засохшей кричит тонконогая птица
он входит в туман и за ним закрывается лес

Эта миниатюра без единого знака препинания, но строгая в плане рифмы и ритма завершает цикл «неспящий в тибете». Ощущение сна, видения или фантазии создаётся с помощью слов, имеющих сильное символическое значение: «незнакомец», «старые книги», «весть», «туман», «тонконогая птица». Но особую мистическую атмосферу этому стихотворению придает сам лирический герой, который наблюдает за происходящим. Метафоричность образов и размытость границы между реальностью и воображением не передают напрямую эмоции героя, а наоборот — создают сцену, вызывающую эти эмоции.

В цикле стихотворений «Кадры из темноты», опубликованном в журнале «Новый мир» в 2015 году, поэт использует другие художественные средства изображения:

У тревоги есть какой-то ритм.

Раз, и два, и три, и тишина.

Раз, и два, и три. Гляжу в окно.

Ночь для марта чересчур темна.

И напротив, в доме через двор,

тоже не уснули до сих пор,

за столом приборы стерегут

в тусклом свете. В теплом ли кругу?

Вот худая женщина несёт

искаженный оптикою торт.

Смятение и тревога персонажа в первых строках подчёркнуты тишиной, холодным мартом и темнотой во дворе. Меняющаяся система рифмовки и дробный ритм тоже привносят в стихотворение беспокойство. Но в какой-то момент тусклый свет в окне напротив и неясные образы чужого уюта рождают надежду.

Восприятие внешнего мира лирическим героем всегда зависит от его внутреннего состояния. Единственный путь передачи этого состояния, словами Т.С.Элиота, — «составление формулы»; следует «найти ряд объектов» и «создать ситуацию», которая донесет данное состояние до читателя. Айгерим Тажи умеет работать с этой формулой. Но её лирика вовсе не зациклена на внутреннем конфликте, наоборот, взор поэта направлен во внешний мир, она настроена на поиск. Каждое стихотворение А.Тажи — это своеобразный вояж в мир образов, фантазий и мыслей.

В 2014 году американский поэт Филип Метрес взял интервью у Айгерим для своей книги интервью с русскоязычными поэтами. Это интервью впоследствии было опубликовано в журнале «Dispatches». На вопрос: «С какой целью Вы пишете стихи?» — поэт ответила так: «Для чего пишу? Хочу писать. Не знаю, как сказать по-другому. Мне нравится работать с языком, со словом. Это и есть, наверное, цель. А какая может быть еще? Поэзия - эта не та область, в которой можно построить карьеру или заработать миллионы. Стараюсь внимательнее прислушиваться к своим чувствам и верить себе. Писать честно».

Стихотворения Айгерим Тажи, переведенные на английский язык Джеймсом Кейтсом были впервые опубликованы в журнале «Words Without Borders» в 2012 году. Джеймс Кейтс (1945) — поэт и переводчик, трижды удостоенный гранта Национального Фонда США по поддержке искусства (в том числе и за переводы стихов А.Тажи), редактор нескольких книг, познакомивший англоязычных читателей с поэтами из Латинской Америки, Азии и России. Несколько лет он был президентом Ассоциации литературных переводчиков Америки (ALTA).

Слова молодого поэта, сравнивающего город с газовой камерой, а ожидание спасения с воскресением, Джеймс Кейтс интерпретировал так:

от воскресения до воскресенья
ставим крестики календарные
ждём спасения

оно приходит в виде воздуха горного

в газовой камере города…

from resurrection to sunday

we cross off dates on the calendar

waiting for salvation

it comes in an appearance of mountain air

in the gas chamber of a city…

Когда один поэт переводит другого, происходит диалог, беседа – и не только на поэтическом уровне. Соприкасаются две культуры, два поколения, две разных языковых структуры, иногда два полярных мира.

Джеймс КЕЙТС

При подготовке этого материала, я написала письмо Джеймсу Кейтсу и задала несколько вопросов. Несмотря на свою занятость, он любезно ответил на моё письмо. На вопрос: «Что именно представляет трудности в переводе стихов Айгерим?» — поэт ответил так:

«Не думаю, что могу отделить своё читательское мнение от моей работы переводчика. Я занимаюсь переводом как раз для того, чтобы внимательнее вчитываться. В случае с Айгерим Тажи, её стихи предложил мне перевести редактор одного литературного журнала. Мне понравилось то, что я прочёл. Там была деликатность и словесная игра, но за ними скрывалось серьезное намерение использовать слова не только для создания образов, но и для выражения собственного видения. Всё это вызвало во мне отклик. Чем больше я работал со стихами Айгерим, чем больше беседовал с ней, тем больше рос мой интерес. Самое трудное в переводе поэзии — и Айгерим Тажи не исключение — это передать голос поэта. Мне в этом помогло то, что Айгерим сама знает и чувствует английский язык». (Пер.автора.)

Если Айгерим известна в ближнем зарубежье — в России, Узбекистане и Армении — как представительница литературы Казахстана, то в дальнем зарубежье она одна из немногих, вошедших в гильдию русскоязычных поэтов. В 2015 году в специальном номере журнала «Atlanta Review», посвященном творчеству 50 русскоязычных поэтов, стихотворение Айгерим Тажи «В сердце музыка жёвана-пережёвана» заняло место рядом с произведениями таких поэтов, как Иосиф Бродский, Арсений Тарковский, Михаил Еремин и Шамшад Абдуллаев.

Один из вопросов, который я задала Джеймсу Кейтсу, знающему русскую литературу не со стороны, а изнутри, звучал так: «Будучи читателем, переводчиком и литературоведом, как бы Вы определили место Айгерим Тажи в пространстве современной русскоязычной поэзии?»

Джеймс Кейтс написал мне следующее:

«Прежде чем ответить на этот вопрос, хочу заметить, что я не литературовед. Тем не менее, мне всегда приходится представлять произведения Айгерим другим людям, и вот как я обычно это делаю.

Совсем недавно, ещё в 1980-х и 1990-х годах, поэт, пишущий на русском языке и живущий в провинции, то есть за пределами Москвы и Санкт-Петербурга, был бы ограничен местной или, самое большее, региональной аудиторией. Поэты, которые хотели расширить свою аудиторию, должны были переезжать в столицы, что было затруднительно, во-первых, из-за проблем с пропиской и, во-вторых, из-за отсутствия практических навыков выживания в больших городах.

Ситуация, связанная с концентрацией русскоязычной литературы исключительно в Москве и Санкт-Петербурге (не считая отдельных русских диаспор), стала понемногу меняться только в последние два десятилетия. Отчасти на это повлиял доступ в Интернет, отчасти – большая, чем раньше, свобода передвижения по бывшему Союзу и за его пределы, что позволило ослабить столичный снобизм. И всё же Алматы по-прежнему находится слишком далеко от литературных столиц.

Кроме того, даже в центральных кругах поэзия русскоязычных женщин-поэтов была удостоена внимания относительно недавно. И это несмотря на достижения Павловой, Ахматовой, Гиппиус, Цветаевой, Ахмадулиной, Мориц в XIX и XX веках. В 1998 году на фестивале «Genius Loci» участвовало 32 поэта из Москвы и Санкт-Петербурга, и среди них была только одна женщина-поэт. В 2007 году, когда внимание одного известного литературного критика (мужчины) обратили на это неравенство, он признал, что «сейчас самые интересные голоса русской поэзии принадлежат поэтам-женщинам».

Тажи, физически находясь на периферии, с одной стороны чувствует влияние этих положительных тенденций, с другой – и сама является их непосредственным участником.

Кстати, Вы в своём письме использовали термин «поэтесса». Я против использования этого слова по отношению к Айгерим и думаю, что она согласится со мной. Слову «поэтесса» присуща снисходительная интонация, будто это не то же самое, что «поэт», который также может быть женщиной». (Пер.автора.)

Единственный сборник стихов Айгерим Тажи — «БОГ-О-СЛОВ», — изданный в 2004 году в издательстве фонда «Мусагет», давно распродан, и моё желание приобрести её книгу пока невыполнимо. Остается только сожалеть, что издательства Казахстана до сих пор не предложили читателям сборник стихов поэта, который играет немаловажную роль в литературном пространстве Казахстана и России.

Литературные новости об успехах Айгерим Тажи, источников которых у нас мало, вызывают у многих удивление. Невольно приходит на ум известное библейское изречение. Да, нет пророков в своем отечестве. Зато Джеймс Кейтс поделился со мной хорошей новостью: сборник стихов Айгерим Тажи готовится к изданию в США. Ждём с нетерпением выхода книги нашей соотечественницы!

Подготовила и перевела с казахского Зауре Батаева

Читайте оригинал рассказа на казахском здесь


Подписывайтесь на наш Telegram-канал.

Оставить комментарий:
Captcha

Самые читаемые