Сегодня день рождения у
Никто не пишет литературу для гордости, она рождается от характера, она также выполняет потребности нации...
Ахмет Байтурсынов
Главная
Литературный процесс
НОВОСТИ
Мир, изменившийся вместе с Айтматовым...

26.12.2023 1242

Мир, изменившийся вместе с Айтматовым 12+

Мир, изменившийся вместе с Айтматовым - adebiportal.kz

Почему на ум приходит Айтматов, когда начинаешь говорить о сегодняшней, современной литературе? Почему мой пылающий разум возвращается к творениям Чингиза? У меня нет причин не возвращаться к нему!

Конечно, актуальность литературного мира Айтматова, это та истина человеческого мира, которую смог увидеть Айтматов. Потому что он — уникальная Личность, прорицатель вчерашних и сегодняшних мглистых дней, золотой мост, между меняющимся по-новому эпохой и обновленным временем. Уникальный писатель, творец, владеющий особым пером писательского творчества. Его прочные мысли и оживленные слова, его суровая интуиция в сочетании с глубокими знаниями кажутся фундаментом, способным во всей мере откликнуться на захватившие весь мир общественные потрясения и взрывы современного мира и способным противостоять испытаниям неспокойного времени.

Именно сейчас, в сложный период, когда противостояние Запада и Востока видится в другом облике, поднимается по особому градусу, измеряется в другом меридиане, и в сложный период, когда атомное оружие находится на уровне своего возможного использования, мы сталкиваемся с опасными прогнозами, и нам не хватает свежих мыслей и квалифицированного мнения таких людей, как Айтматов. Мы нуждаемся и жаждем такого человека, как Айтматов, который мог мыслить в глобальном масштабе и с силой художественной литературы мог вывести свои слова на мировую орбиту. Возможно, если Айтматов стал бы как его предок Манас «Великим Чингизом», и, если его громкий голос зазвучал бы с «Иссык-кульского форума» или с трибуны Брюсселя, то к нему присоединились бы мировые мыслители и истинно прогрессивная интеллигенция России... Как он назвал поначалу свою любимую «Джамилю» «Әуен» - Мелодией, так мелодия Айтматова освежила бы весь мир, как свежий ветер с гор Алатау, и возможно претерпевающая изменения политика Мира и народ России повернулись бы в совсем другое русло нежели сейчас.

         Мир! Я думаю, он повернул бы свое лицо и взглянул на киргизского сына... Старались бы следовать за величием мыслей Айтматова! Ведь мир Айтматова давно слился воедино, сплотился с постоянно меняющимся Миром. Его чарующие мелодии, притянувшие внимание читателей всего мира, отвечали на самые трагические и опасные раны меняющегося времени. Конечно, великий художник силой своего творческого пера участвовал в поисках лекарства от той ноющей мирской раны!

Если правда, что мир создавался от Слова, как сказано в сошедшей с небес Священной Книге, – это истина, то присоединились бы к голосу Айтматова, пытались бы избавиться от синей дымки настоящего времени и мирового пространства. К сожалению, этого не происходит!

Чтобы бы мы ни говорили, бытие начинается со Слова и заканчивается Словом. Страшные войны тоже начинаются со слов, людей травят словами, но все же обозленные друг на друга люди, в конце концов приходят к соглашению посредством слов – переговорами. Заканчивается словом... Слово Айтматова несомненно вспомнится в этот момент.

Әлқисса! Что за мелодия Айтматова? Первой песней Айтматова, которую он спел как маленький киргизский мальчик, была песня Жамили и Данияра, «спетая» в журнале «Новый мир» в 1957 году. Это была песня о великой любви... Это была мелодия, воспетая двадцатидевятилетним юношей-киргизом с мелодичным, доносящим свою чистую любовь к человечеству, голосом.

Айтматов до самой смерти оставался верным своей Великой Любви к человечеству. Этот нелегкий путь он прошел, обмакнув перо в крови своего сердца и произнося слова с пылающего сердца и степенного сознания.

А доходили ли слова великого Айтматова до своих читателей без поправок и изменении? Так ли было это в действительности? Не каждый знал, что, когда он создавал новое произведение, каждый раз обход цензуры соцреализма для него становился болезненным процессом, тяготившим его разум и чувства.

Но надо признать, что, повесть «Лицом к лицу», начинавшаяся с «Ап-бисмиллах», была опубликована в журнале «Ала-Тоо» в 1957 году и дала писателю тот самый «счастливый билет». Но, были и те, кто бурчал ему вслед подобно тому как «кто он такой, чтобы писать о советском солдате как о предателе»?!

Алгоритм красного общества душил духовную сторону, мешал свободному мышлению и выражению в полной мере своих чувств, пытался связать по рукам и ногам. И так, правда в том, что в такой трудный момент писателю вместе со знаниями и умениями на помощь приходит мастерство. Самое главное, как говорили казахские писатели-националисты, необходима честность и смелость перемешанная таким образом, что, сочетаясь с цензурой введет его в заблуждение.

А в сущности самого Айтматова, наряду с мастерством кроме правды и храбрости, движущей силой была его безграничная любовь к своему герою...  Эта любовь писателя к своим героям ни на секунды не тускнела, это отражалось в каждом новом произведении, а величайшая любовь Айтматова заключается в энергичности воздействия на сознание и душевные чувства читателя. Поэтому читатель, начав читать произведения Айтматова, погрузится в художественный мир искусства, не сойдёт с высокой башни гуманизма, наполнится особыми эмоциями и испытает своё ощущение совместной жизни с его героями. 

В 1957 году в повести «Лицом к лицу» молодой Чингиз Айтматов, не колеблясь бесстрашно выступил против сталинской цитадели-догмы которая гласила: «советский солдат – не может быть предателем, у нас нет предателей» и раскачал и разрушил незыблемый фундамент, основанный социалистической системой! Писатель не только раскрыл истинное лицо советского общества посредством предателя Смаила, но и раскрыл понимание чести и любви небольшого народа через образ мужественной честной женщины-матери Сейде. Он открыто высказал и ясно выразил свое «айтматовское» мнение против сформировавшихся в обществе жестких коммунистических взглядов. Разоблачение предательства мужа Смаила посредством великой материнской любви Сейде, было образом, не встречавшимся в мире социалистической литературы того времени. Это было общество и время, когда создание подобного образа было запрещено, и не проходило через сито цензуры. Образ предателя Айтматова стал первым ледоколом, разломавшим лёд социалистического реализма в советской литературе!

      А повесть «Сотников» белорусского писателя Василь Быкова, расхваленного за «солдатское предательство» и получившего за это Государственную премию СССР, была написана позже – 1969 году, повесть была опубликована лишь в 1970 году. Точно так же, ставшая классическим произведением советской литературы повесть «Живи и помни» сибирского русского писателя Валентина Распутина была опубликована лишь в 1974 году... Эта работа также, сразу после выхода в свет, была удостоена Государственной премии.

      Но вся правда в том, что прекрасная повесть сына киргизского народа «Лицом к лицу», имя автора которого было непроизносимым и никем не узнаваемым, проложило первый путь к умению писать без страха и боязни, используя мастерские приемы и навыки писать по-новому в процессе советской литературы. И действительно, Айтматов опередил свое время, высказал свое мнение и четко продемонстрировал свою гражданскую позицию.

       Сегодня я задаюсь вопросом, кто же направил юного Чингиза, указав тропинку на этой ухабистой дороге, чтобы он вышел на широкий проспект... Конечно, был великий учитель, впервые прочитавший его "Джамилю" в рукописном виде, помог его раскрытию миру, помог своими братскими советами, да, именно Ауэзов подтолкнул его к получению самой высшей награды, в то время, выступил в защиту его перед массой маститых (писателей) и пожелал ему доброго пути.

Осенью 1958 года, в октябре месяце в издании «Литературная газета» всемирно известный Мухтар Ауэзов дал не только свое благословение юному Айтматову под названием «В добрый путь» – «Жолың болсын», но и 6 апреля 1961 года он высказал членам комиссии Государственного комитета по присуждению Ленинской премии: «Вы говорите, что автор еще молод и произведение его маленькое. Это поверхностное, ошибочное мнение. За только эту работу он заслуживает большой награды и славы. Его будущее будет ещё величественнее...» - сказал он. Эти слова великого писателя о своем ученике не стали пустыми словами, 35-летний Айтматов пришел первым в этой байге. Он принес столько свежих, живых и новаторских произведений, которые потрясли мир литературы. Эти творения взмахнули крыльями и быстро облетели весь земной шар.

      Вероятно, что Мухтар Ауэзов, который в своей жизни был членом только одной партии – партии «Алашорда», служил ему верой и правдой, не перешел в другую партию и дал своему молодому другу Айтматову «скрытый» совет как обойти нестабильные ракурсы изворотливой советской политики. Потому что Ауэзов, за которым злые языки шептались до самой его смерти, который пережил преследования и зависть, обвинения во враждебности и прозвище «заблудившийся», с имеющимися запрещенными произведениями – романом «Қилы заман» («Лихая година») и драмой «Хан Кене» не мог не поделиться опытом своей жизни... нет!.. И вот для того, чтобы открыть путь Айтматову, он прибегнул к помощи француза Луи Арагона. В последствии Айтматов напишет в Москве «реабилитирующую» статью об осужденном романе «Лихая година» – великом труде своего учителя Ауэзова о Российском колониализме и поможет книге выйти в свет.

Если мощное перо молодого Айтматова через описание любви молодой женщины Сейде к очагу и к Родине, обнажила синдром предателя и создала перелом в советской литературе, то человеческая любовь Джамили показала среднеазиатской и восточной литературе насколько драгоценна и ценна женская любовь. Самым благородным чувством стала личная свобода кыргызской женщины на пути любви – возрождение традиционной свободы девушки и женщины, имевшей место в степной и тюркской культуре, и огласивший это перед мировой литературой. 

          Возможно в этом и кроются грани героизма Айтматова!

На мой взгляд, есть глубокая тайна в том, что бесконечные мелодии любви писательства Айтматова к женской любви, материнской любви до сих пор прекрасно звучат и находят отклик в нашем сознании. 

В повести «Материнское поле» в словах Толганай, скорбно просящей необъятную землю голосом Матери-Земли, ставшей мифическим символом, есть голос всех матерей. Он клекочет с высоты Алатау, звучит как зурна, оплакивает... Эта Мелодия, звуча великой благозвучной музыкой возносится вверх.

          И в наши неспокойные бурные дни можно услышать эту возвышающуюся мелодию! Даже сегодня, когда в мире происходят катастрофические перемены, она для меня звучит как мелодия эпохи и как песня меняющая мир... пусть задушевная мелодия Айтматова – эта Великая мелодия, рожденная любовью Джамили будет услышана всем Миром! Да будет так!

          Молодой Айтматов, получивший Главную премию Советской империи со сборником «Повести гор и степей» и обративший на себя внимание миллионов читателей, был мастером с Востока – мастером, вошедшим как удар молнии в мир художественного искусства. Он окрылил «Прощай, Гульсары» и продолжил восхищать читателей по всему миру. И здесь через судьбу Танабая, пришедшего с войны, он обратил внимание на реалии человека на фронте, на то как в тяжелых обстоятельствах благородные человеческие качества будут оттачиваться, получат огранку как алмаз и найдут свою верную дорогу.

Воспевание честной любви к мужчине такой красивой женщины как Буби, чары табунщика сері-Танабая, сильного мужчины и гражданское кредо отказа от всего ради любви. Любовь Танабая и Буби веет Мелодией ветра будто бы от гривы скакуна Гульсары. Эта Мелодия также обошла этот современный изменчивый мир. 

Не много времени спустя меняющийся мир вместе со своими читателями через Мелодию Айтматова познакомились с печальной и полной тайн любовью старика Момын-шала и шестилетнего мальчика к матери-Марал. Мир Айтматова на этот раз проявил совершенно иной характер. 

Тысячелетнюю тревогу и волнения целой эпохи раскачивала колыбель мифа о Матери-Оленихе, когда морально-этическая основа мира ослабла, человеческая природа резко изменилась, а духовный упадок нового века и отравленного времени привели к нравственному ослаблению людей. Опираясь на вечную устойчивость пласта мифа, он размышляет о нестабильности общества и мира. Душа ребёнка, полная светлых мечтаний, своей чистой душой погружается в глубину Иссык-Куля и хоронит свое душевное спокойствие и силы духа под этим глубоким водным слоем. Беспокойный мир с его Божьими рабами, которым доверилось детское сердце, оказалось предательским. Айтматов через чистоту души нежного ребенка и лучезарную душу старика с чистым писательским сердцем и детской любовью возвращается к тому, что прекрасный мир так же, как и детская судьба может в любой момент прерваться как паучья нить, и мир может легко измениться. Произведения писателя превратили эту повесть «Белый пароход» в совершенно иной мир – художественное пространство, где переплетаются миф и реальность, в точь как в начале сам писатель назвал это произведение – «После сказки».

Вскоре в сознании художника зарождается повесть «Пегий пёс, бегущий краем моря»... Перед нами вновь предстают человеческие судьбы, переплетённые с древней легендой нивх и богатством воображения писателя. Над бескрайним морем души, в тумане борются за искру жизни. И снова будет изменена человеческая судьба и снова человеческая душа подвергнется испытанию. 

И здесь он возвращается к детской душе и детской судьбе. Однако на этот раз Айтматов высказался в совершенно ином пространстве. Он создал произведение не о знакомой ему природе степи и гор, а о душе и судьбе, радости и страданиях людей в стихийной среде, где земля и море встретившись лицом к лицу с неугасаемой страстью, обнимаясь в поцелуе бьются как вечно влюблённые. 

Сходство судьбы одинокой лодки в густом тумане Охотского моря с судьбой одинокой Земли в великом космосе несомненно поразило воображение читателя. Положение троих мужчин и мальчика в покачивающейся лодке, затерянных в невидимом тумане, сразу напоминает казахскую древнюю пословицу о том, что «на корабле на всех одна душа».

В одном из интервью Айтматов сказал: «Мы все сегодня в одной лодке, а за бортом — космическая бесконечность». Представляя читателю печальную Мелодию о том, что как бы ни был огромен великий космос, мы – люди и Мать-Земля, и мы в ней – сироты, он мастерский обрисовывает поглощенной туманом печаль одинокой лодки и тяжелое положение четырех человек находящихся в ней. Действия деда, брата и отца, жертвующих собой ради потомка, для продолжения рода даже путём приношения себя в жертву – печалят душу и вносят в неё смятение. Те чувства, что надежда одного рода на выживание не должна замыкаться, и священное явление, называемое человеческой жизнью, не должно прерываться заставляет буйно переживать читателя за героев. Всей душой начинаешь разделять судьбу Кириска, выживающего в густом тумане и раскачивающийся мелодией жизни на поверхности великого моря. Возможно, именно это и было целью писателя донести до читателя, а может он дал более важное предупреждение... Мне всё время кажется, что так оно и есть. Это можно понимать и как предупреждение такого замечательного художника, как Айтматов, о том, что в мире число очень маленьких народов типа «нивхов» уменьшается из-за созданного на крови красного общества – колониальной тиранической политики России, из-за слепой политики поглощается туманом небытия. 

Айтматов, обращает внимание на то, что человеческий род на протяжении веков тысячами и миллионами погибает в больших войнах и мелких конфликтах, обращает внимание на это самоуничтожение с точки зрения глубокого сознания и глубоких знаний, приходит к мысли, что корни этих катаклизмов – жестокость и безумство человека, угасание любви к матери и ребенку. Писатель погружается в печаль любви Найман-Аны, которая с давних пор опекает его безудержный ум и сущность …

      «Мать, — говорит Айтматов о своей дорогой матери Нагиме, — это честь, пропитанная белым молоком матери». В этих словах отмечены любовь писателя к матери, его вера в мать, слова, выливающиеся из его сердца. Именно поэтому в романе «И дольше века длится день» автор насыщает читателя тайной Найман-Ана. Возрожденный из пластов давних веков айтматовский миф о Найман-Ана сеет в сердце читателя семя человечности.

Правда и то, что сердца читателей всего мира и их думающие умы взбудоражил персонаж безумного «мангурта» Доненбая, застрелившего свою мать, это злодеяние опаснее, чем преступление предателя Смаила в повести «Лицом к лицу», которую он написал в юном возрасте, впервые взяв в руки перо. Ясно, что персонаж современного Сабитжана и сегодня свободно бродит среди нас. 

Чувство живительной любви Айтматова, начинающейся с повести «Джамиля», перетекает в великую материнскую любовь Найман-Аны. Непрерывная мелодичная песнь Айтматова начинает раскачивать читателя плачем Найман-Ана! В горьком стенании оплакивается образ Найман-Аны, убиенной стрелою «мангурта» или стрелою мальчика с насильно натянутой на его голову «шіре» из великого эпоса «Манас».

Адская мелодия, созданная «трагедией мангурта», до сих пор колесит по миру...

«Вечная музыка мангуртов», о которой предупреждал Айтматов, как призрак бродит в миру и в наши дни. Та же война... То же красное кровопролитие... Кровь виновных и невинных медленно растекается по нашему Миру. Потомки того «мангурта», убившего свою мать, сейчас не содрогаясь играют в «игрушки» под названием война.

Несмотря на то, что великий писатель вбил в сознание людей «философию мангурта» и призвал людей быть осторожными, чтобы не стать «мангуртами», мы все знаем, что это становится очень опасной тенденцией. Сегодня возникают такие ключевые мнения как «сын мангурт», «народ и нация мангуртов», «президент-мангурт», «Лидер мангуртов» они, стремясь развернуть старое значение, обретают новый смысл, заменяя старые. 

Нации и государства, «больные» этим синдромом войны, по сей день полагаются на свой впитавшийся «мангуртизм» и не останавливают колониальные и кровопролитные столкновения даже на заре XXI века. Очень грустно, что прямо под нашим боком, прямо напротив нас создают фронт войны! И нет никого кто мог бы запретить им делать то, что им вздумается.

В общем, мы, – люди, пока не избавимся от «синдрома войны», в мире не будет покоя, а развитие рода человеческого продолжит свое торможение. Также пострадают тысячи лет культуры и литературы. Там, где есть насилие, будет жить только «мангурт», только «мангурт» создаст свою власть. А мангуртизм, это есть полоумие и безумие, — это чудовищное явление, ведущее к полному уничтожению человечества с лица земли. Война также возникает из-за невежества и высокомерия людей. Там, где есть мангурт, прекращается мелодия бесконечной нежности и любви.

И великий Мир, и литература, воспевающая этот мир, это мелодичные творения, созданные Богом. Кабы не прервать нам эту мелодию созидания... Пусть эта нежная мелодия, данная нам Богом лелеет наши сердца!

Да, мы – люди, меченные «тавром Кассандры» Айтматова, живем в сложное время «Когда падают горы» – во время перемен. Только вот новая мелодия, берущая начало с айтматовской Джамили, ещё не родилась. Не слышно данной человечеству мелодии любви, наполненной человеческими чувствами. Мы перестали слышать.

 

Аскар АЛТАЙ, писатель,

лауреат литературной премии «Алаш»,

обладатель золотой медали Франца Кафки


Подписывайтесь на наш Telegram-канал. Будьте вместе с нами!


Для копирования и публикации материалов необходимо письменное либо устное разрешение редакции или автора. Гиперссылка на портал Adebiportal.kz обязательна. Все права защищены Законом РК «Об авторском праве и смежных правах». adebiportal@gmail.com 8(7172) 57 60 14 (вн - 1060)

Мнение автора статьи не выражает мнение редакции.