Одна из причин пристрастия людей к порочному – безделье. Когда б он возделывал землю, занимался торговлей, разве мог бы он вести праздную жизнь?
Абай Кунанбаев
«Дикарь. Третье слово» или вечная тема любви
В минувшие выходные в Государственном академическом русском театре драмы им. М. Горького задорно и под бурные аплодисменты зала прошел спектакль «Дикарь. Третье слово» по пьесе Алехандро Касона. Пьеса знаменитого испанского драматурга посвящена теме любви и молодости. Спектакль рассказывает зрителю о столкновении выросшего в горной деревушке Пабло с жестоким, жадным, фальшивым миром города, который, однако, дарует ранее неизведанное ему чувство. Двадцать лет он провёл в горах с отцом, оберегавшим его «от книг и женщин, дабы сын сохранил чистоту». После смерти отца герой остаётся один, но заботливые тётки Матильда и Анхелина приглашают городскую учительницу Маргариту Лухан, которая никак не ожидала встретить столь великовозрастного воспитанника. Уже при первом знакомстве Пабло с Маргаритой зритель чувствует, что девушка ему приглянулась и завладела его сердцем с самого первого взгляда. Но главный герой не торопится выразить свои чувства, да и не может, так как не совсем понимает, что происходит. За год, проведённый в поместье семьи Салданьи, девушка становится не только его учителем, но и близким другом, которому он может доверять свои самые сокровенные мысли и желания. Далее кадр за кадром идет череда бытовых и жизненных событий: совместная охота, рыболовство, сентиментальное знакомство с личными вещами матери Пабло… Ему приходится не легко: вокруг снуют алчные и недобрые люди, желающие заполучить его наследство любыми способами. По натуре он очень искренний и открытый человек с выходками первобытного человека, что вызывает массу насмешек и уколов со стороны окружающих. И его тетушки не могут этому воспрепятствовать, так как натуру племянника казалось бы не перебороть. И только чистая взаимная любовь способна сотворить чудо. Наряду с ключевыми понятиями бытия — это жизнь и смерть, герой познает и любовь. Она окрыляет, поднимает человека на совершенно другой уровень, помогает взглянуть на мир иначе. Главную роль сыграл актер театра драмы им. М .Горького Максим Ященко: «Эту роль — одну из моих первых больших в театре, я играю уже 5 лет. Каждый раз мы с труппой работаем над этим спектаклем с большим удовольствием. Такой бодрый и теплый материал. Со спектаклем ездили по Казахстану: были в Уральске, Петропавловске, Алматы. Зритель очень его любит». Также актер добавил, что вжиться в роль было не столько сложно, сколько интересно. Ведь задача актеров заключается в том, чтобы воодушевить, удивить зрителя. Репертуар М. Ященко довольно разнообразен, он играет как отрицательных, так и положительных персонажей, начиная от казахского батыра Алпамыса и заканчивая детским персонажем зайца. Учительницу главного героя Маргариту Лухан сыграла Анастасия Воронцова. Актриса также поделилась своими впечатлениями от сыгранной роли: «Роль учительницы Марги в «Дикаре» мне ближе всех других сыгранных мной ролей. Героиня притягивает своей чистотой, открытостью и добротой, что весьма ценно в нашем мире. После этого спектакля всегда поднимается настроение». В конце беседы актеры поблагодарили зрителей за теплые отзывы и пригласили на намечающиеся спектакли уже в новом здании — во дворце «Жастар» по пр. Республики, 34 в связи с ремонтными работами в театре им. М. Горького.
8
Айман Кодар: «Истина не в сокрытости…» — «Бытие и время» Ауезхана Кодар
В июле 2018 года будет отмечаться 60-летие билингвиста, поэта, переводчика, критика, публициста, культуролога, основателя культурологического журнала «Тамыр» Ауезхана Кодар, к сожалению безвременно ушедшего от нас, в расцвете своих сил, внесшегобольшой вклад в культурное и литературное наследие Казахстана. Сегодня мы побеседуем с дочерью Ауезхана Кодара Айман Кодар. — Здравствуйте, Айман! Если заглянуть в интернет, то о биографии вашего отца написано много. Нам хотелось бы послушать о нем из уст близкого ему человека. Расскажите нашим читателям, пожалуйста, о своем папе Ауезхане Кодаре. Как он стал переводчиком, с чего это началось? — Мой отец Ауезхан Кодар — очень многогранная личность. Во-первых, он не только переводчик, он и драматург, писатель, поэт, философ. Перевод — это только одна из граней его личности, которая также мне очень сильно нравится. С чего это началось? Мой отец приехал в Алматы, когда был молодым, учился на юридическом факультете. Он чувствовал, что это не его. Он легко учился, все ему давалось легко. Даже когда он написал дипломную работу о Сократе, настолько она была гениально написана, что люди сказали, что, скорее всего это не он писал, где-то там у кого-то скопировал. Но когда была защита, он обосновал каждую фразу, и получилось так, что они увидели, что это действительно его работа. Тогда он почувствовал в себе интерес к философии древнегреческой, римской и к другим. И всегда был очень любознательным человеком. Изначально в Алмату его пригласил Дулат Исабеков после того, как мой отец разобрал ему в письме роман «Кайгын». Он настолько гениально это сделал, возможно ни один литературовед до него этого не делал. Дулат Исабеков был поражен, и сказал: «Зачем этому парню быть далеко от Алматы, пусть приезжает». Тогда Алматы была культурной столицей, но она и продолжает ею оставаться (смеется).Он его пригласил. Тогда мой отец попал в Дом творчества. Люди вспомнили, что был у нас такой великий мыслитель Абай, великий поэт Магжан и стали заказывать их переводы. Но переводы, которые делали советские поэты, были совершено неудачными. Мой папа решил погрузиться полностью в эту поэзию. И перевести её так, как перевел бы её человек-билингв, который владеет казахским языком. И по сей день его переводы Абая, Магжана, Шакарима, считаются самыми лучшими, самыми выдающимися, их публикуют в России, мне кажется то уже огромное признание, также с этих переводов делают переводы на европейские, восточные языки. Так наш Абай и Магжан становятся доступными в зарубежье. — Его вклад в культурное наследие Казахстана неоценимо. Можете привести нам пример самого удачного перевода Ауезхана Кодара из его самых любимых произведений? МАГЖАН ЖУМАБАЕВ. ИСПОВЕДЬ Жизнь – море, где ни берега, ни дна. Лишь усмехнется, шелестя, волна. А мне уж скоро будет двадцать семь – Пусть не старик я, знаю жизнь сполна. Небытие мое прервала мать. Встречал восходы, провожал закат. С рождения плыву я против волн, Пусть и свиреп, и грозен их накат. С тех пор я встретил столько светлых зорь, И тьма не раз скрывала весь простор. Как начал мыслить, с сердцем я борюсь, Я столько мог бы ей сказать в укор. Смутьянка-сердце воли не дала, Застыл и разум, опустив крыла. Года бегут, их счет неумолим, Безумная, сожми же удила! Твоих приказов чуткий есаул, Я и в огонь бросался, и тонул. Прошли года, стою как перст, один, За что меня втянула ты в разгул? «Стань ветром!» - ты сказало мне, я стал, Меж «рано», «поздно» я не выбирал. Как буйный ветер бился я с огнем, Пред ним в боязни я не замирал. «Огнем ты стань!», так я уже горю, Могу обжечь дыханием зарю. Зола иль роза – мне ли их делить, Я им как равным жар свой подарю. «Водою стань!», так я потек, журча, Змеей стелясь, что в образе ключа. Завороженных музыкой моей, Своим особым волшебством леча. «Ты Солнцем стань!», как Солнце я смеюсь, Я выше Солнца по накалу чувств. Обняться с каждым я душевно рад, Себя принизить этим не боюсь. «Стань Месяцем!» - сказало ты. Плыву. Скорблю по всем, кто не сорвет траву. Сестра тоски, лью колдовской я свет, Для всех в печали выгнувших главу. «Влюбись!» - приказ был. И, к любви горазд, Я мотыльком сгорал на углях глаз. И в те лихие, колдовские дни Из пепла саван мне бывал как раз. «Рыдай, поэт!» - сказало ты, так что ж? Я плакал словно после стольких гроз. Ручьями крови я рыдал порой, Когда уже не оставалось слез. «Оставь родных!» - сказало ты, я тих, Уж сколько лет скитаюсь без родных. Пусть было много на пути невзгод, Отца и близких не искал мой стих. «Покинь Отчизну!». Я пустился в путь, Я не был чуждым средь чужих ничуть. Я постепенно стал для всех своим, Понять пытаясь их живую суть. «Беги богатства!». Разве ж я копил? Свои объятья нищете раскрыл. «Дерьмо – свинье, собаке - кость дороже!», Так говоря, развеял все я в пыль. «Того, что нет найди!». Так я нашел. «Луну достань!». Я на луну взошел. Все, что просило, я исполнил, сердце. А что взамен? Все тот же произвол! Ты обмануло и предало вновь, Мне через месяц двадцать семь годов. А там и тридцать, там и сорок, что же, Я пред Отчизной с чем предстать готов? Мне через месяц будет двадцать семь, А там и тридцать, там и сорок… Кем Останусь я в людских воспоминаньях, Когда уже исчезну я совсем. Шальное сердце к небу лишь рвалось, Пред ней был разум – нежеланный гость. Отрава – юность, так я пил отраву, Теперь печаль - и дом мой, и погост. Я с разумом был явно не в ладах, Теперь меня преследует лишь страх, Однажды я уйду в сырую землю, Так чем помянут мой остывший прах? «Сам ветреный, он ветер лишь любил! В огонь бросался очертя, дебил! Безумец сам, он чтил огонь за Бога, Огонь, не знавший меру чувств и сил!» Иль скажут, что до времени увял, К златой луне стремился вечно вдаль. Как лев, что жаждал до луны допрыгнуть, Разбился он, оставив нам печаль!» Как Солнце он был рад всегда всему, Был Солнцем он и ненавидел тьму. Был Солнцем он, был на улыбку щедрым, Так и ушел изогнутым в дугу. Иль скажут, что певцом был красоты, Что поверяли все ему мечты. В дни радости и горя, может, скажут, «Поэт, ты где, необходим нам ты!» Иль, может быть, ко мне забудут путь, Забвению мое имя предадут. Возможно, и к могиле одинокой В степи бескрайней люди не придут?.. Страна казахов, о, не обманись, Я не в ответе за лихие дни. Пусть суд твой будет праведным, раз судишь, Я не виновен, сердце ты вини! Безумно сердце, ей своей рукой Хотелось солнца диск обнять златой. Смеясь – целуя и целуя – плача, Оно, погибнув, обретет покой! ** КТО Я? Я грозный лев, кто сдержит мой напор? Я тигр, который устрашает взор. Я в небе туча, на земле – буран, Бушующий с равнин до самых гор. Я в небе солнце, чьи лучи щедры, Сын космоса, я ваш лишь до поры! Я океан без берегов и дна, Я весь приволье, нега и порыв! Весь пламя я, ожгу, поберегись, Я тот скакун быть ровней с коим – риск! Пусть небо рухнет, иль земля – во прах, Я усмехнусь лишь, одобряя жизнь! Я не умру и дух мой не умрет, Что смерти нет, не знает всякий сброд. Я сам и царь, и сам себе – судья, Совет мне даст лишь явный сумасброд. Когда я добр, то мыслю как в раю, Когда во гневе, ад в себе таю. Нет близких мне, один я как Господь, Заслужат ли рабы любовь мою?! Лишь сам я бог, себе поклоны бью, Мой слог – Коран, я свой лишь слог люблю. Я окаянный и покаянный – я, Дух прошлого, я кончил жизнь твою! — Сколько книг он выпустил? О чем они? По Вашему мнению, какая самая необходимая из них в наше время? — Мой отец выпустил порядка 20 книг, может даже больше. Сейчас мы собираем архив его публикаций, и он превысил 2000 публикаций. Так какон активно выступал в СМИ, и мне кажется каждая статья, которую он написал, была очень актуальной в свое время и сейчас. Есть у него и статья о трех жузах, например. Самая необходимая книга — это его прозаическая книга. Это сборник «Порог невозврата», там и сам роман, и рассказы, и эссе, и трогательные можно сказать верлибры, которые больше похожи на прозу. Вот эта книга мне кажется, очень актуальна и могла бы всколыхнуть сознание людей. Там он говорит о том, что не должно быть дедовщины, должна быть преемственность поколений. Поколение должно меняться, должен быть какой-то прогресс, что есть такая точка, есть такой порог невозврата, который надо перейти, он поддерживает в этом Кафку. Он вдохновлялся самим Кафкой. Надо перейти определенный порог невозврата и уйти в развитие. Что касается его книг. Я люблю его стихотворные сборники, поэтические сборники. Это «Зов бытия», где собрана его поэзия, по годам, по циклам. Это и «Круги забвения», где есть «Чучмек наме», это лжеклассическое эссе нашей действительности, но если так говорить научно, то это можно назвать сатирой. Очень смешная сатира на казахский менталитет, на казахское мышление. Так бы я посоветовала почитать, то, что мы издаем сейчас его 10-томник, 5 томов на казахском языке, 5 томов на русском, тех, кто действительно хочет погрузиться в творческий мир Ауезхана Кодара. Но нам понадобится еще время, чтоб их издать. Поэтому из того, что уже издано я бы посоветовала прочитать «Степное знание» — эта книга его монография о философии казахской истории, то есть здесь он подходит,как философ к казахстанскому, тюрко-казахскому такому мышлению. Там он очень круто реконструирует тенгрианство, по всем канонам западной философии Хайдеггера. И мне кажется «Степное знание» — этосложная вещь,до нее и надо дорасти многим людям. Там действительно нужно иметь такой микс, который имел мой отец, это с одной стороны — западная школа философии, с другой стороны — понимание всего исконно казахского. Так как мой отец с Кызылорды, он очень хорошо и глубоко понимал идентичные вещи и такие тюркские мифы, как например «Миф о Коркуте». Он очень интересно их интерпретировал, то есть у него был такой герменевтический подход, и интерпретировал он это на очень достойном уровне. — Сказывалась ли его работа на семье? — Благодаря тому, что наш отец был человеком творческим, в нашей семье было много событий — к нам приходили и художники, и писатели, и искусствоведы, и киноведы: наверное самые интересные люди его поколения, и даже после младшее поколение, то есть наш дом был полной чашей креативных людей. Это были настолько свободные люди, настолько интересные, у которых не было границ, которые мыслили,наверное, на шаг вперед, чем все остальное. С такими людьми, конечно, интересно общаться и это обогащает. И когда такие люди приходили домой, я помню, я всегда замолкала и слушала их, мне было настолько интересно, когда они называли термины, когда у них были интеллектуальные дискуссии. Его работа отражалась на семье. К нам домой приходили журналисты, постоянно брали у него интервью. Он сам часто бывал в разъездах, много путешествовал по жизни: Египет видел и Париж, это все были проекты и отдых. В Париж он ездил за Мустафой Шокаем, чтоб по его следам провести исследование. Его работа отражалась, но приэтом мой отец всегда был рядом при нас, он лежал на диване и мы с любовью его называли «диванный поэт», есть такой термин в арабской поэзии «диван», переводится «сборник». Он вроде всегда загружен и знаменит, но при этом он был всегда рядом. Мы были частью его жизни и ходили по всяким защитам, когда его друзья защищали докторские диссертации. Мы ходили по телевидениям, когда он запускал телеклуб «Тамыр», когда он запускал «Открытую Азию» на 31 канале. Мы всегда были рядом с ним и жили для него. Все творческие вечера уже последние организовывала ему я. Наша жизнь была яркой, насыщенной, творчески обогащенной, рядом с ним хотелось летать и творить. Это было очень интересно. — Как к нему пришла идея организовать культурно-философский журнал «Тамыр»? Какими были его первые шаги в его создании? — Он вместе с Муратом Ауэзовыми партией «Азамат» решил, что у Казахстана должен быть свободный орган печати, без цензуры, без ограничений, который бы назывался как-нибудь интересно, у которого была бы интересная концепция, и вот он пришел к такой вещи, как «Тамыр», к такому понятию, как «Тамыр» и задумался, что все-таки мы не оседлый народ и у нас культура не связана с деревом, как например: русская культура, они живут в избе, в дереве. Мы же кочевники, у нас культура немного другая, поэтому почувствовал, что одного бы слова «тамыр» не хватило для полноценной концепции. И он задумался и понял, что «тамыр» — это нечто большее — это и дерево, и корни, и крона, это и побратимство, и дружба, и тамырство, где мы могли бы отражать диалог и с западом, и с востоком, диалог культур, поиск национальных идентичностей. «Тамыр» — это три значения: вены, через которые проходят пульс;это корни и крона, то есть дерево; дружба или диалог. А диалог — это вообщеочень большое философское понятие, потому что в диалоге создается общее духовное, душевное пространство между людьми, которое необходимо для контакта, для чувства какой-то сопричастности. И именно это побудило его создать этот журнал. Первые шаги… ну сначала это был альманах при партии «Азамат», где очень-очень жестко, очень критично отражалось общественное мнение, где взращивалась идея гражданского общества, самостоятельного мышления. Это был альманах, черно-белый, на котором были изображены танцующие человечки в Тамгалытас — танцоры духа, как он мне объяснял. Это люди, души которых танцуют, путешествуют по мирам, ищут что-то бесконечно и находя приносят это к нам в журнал. Вот в такой концепции он создавался и на протяжении уже 20 лет мы эту концепцию несем. Иногда она более политизирована, больше статей по политологии, на актуальные темы, иногда наш журнал повествует больше об искусстве, иногда о философии, но в основе он объединяет эти три начала: пульс, дружбу и значение мирового дерева, истории современности корней и кроны. «Тамыр» был наверно таким журналом, где каждый человек из мира искусства, науки, философии, мог как бы прийти и поделиться своим открытием, мог прийти и быть собой, мог показать полет своей души и быть принятым. Действительно при нашем журнале была большая переводческая база. Были люди, которые читали и Делёза в оригинале и Бодрийяра на французском, и Ницше на немецком. То есть были люди погруженные в западные и восточные тексты. И могли из этих текстов выудить какую-то мудрость и передать её нам в Казахстан. Немножко ее как-то по-своему интерпретировав, прокомментировав, осознав, осмыслив было очень круто. Потому что «Тамыр» был и есть аутентичный журнал. Так, первые шаги его были в том, чтобы объединить интеллигенцию, которая в годы разрухи была, как цветы руин, как на руинах восставшие цветы, цветы мысли. Поэтому «Тамыр» можно сравнить с цветником самых лучших умов, самых интересных, обворожительных, творческих порывов, потому что он держал руку на пульсе не только политических событий, но и культурных. Любая выставка, любой роман, какое-то новое слово в литературе — всё это отражалось там. В этом плане «Тамыр» можно сравнить с зеркалом эпохи, если посмотреть на его двадцать выпусков. Не 20, а 40 выпусков, сколько мы издали за двадцать лет, то можно увидеть, как менялась культура Казахстана. Какой вообще был генезис у культуры, потому что «Тамыр» вдохновлял людей создавать эту культуру. Вот, например, кто-то построил инсталляцию, и искусствовед ее интерпретирует, а затем философ ее интерпретирует, это была большая цепная реакция, а поэт увидел инсталляцию и написал стихотворение. Иногда номер внутри был очень взаимосвязан, и всегда наш каждый номер был выстроен на какой-то концепции, то есть это не просто разные материалы, которые совершенно несопоставимы друг с другом. Это как раз то, что можно друг с другом как-то внутренне связать. — Как Вы оцениваете труды своего отца? Его самое большое достижение по Вашему мнению? — Я считаю, что все, что он делал по жизни — это огромное достижение. Это интеллектуальный подвиг. Его роман «Порог невозврата», который был оценен Украиной очень высоко. Он получил две премии: имени Григория Сковороды и имени Николая Гоголя. Это и его заслуги переводческие, когда он перевел практически все пять вековказахской поэзии на русский язык, начиная с поэзии жырау заканчивая Аскаром Сулейменовым или Мукагали Макатаевым. Это когда он по программе «Культурное наследие» перевел с русского языка практически 5 или 6 томов западной философской мысли и просто создал философскую терминологию на казахском языке, которой просто не было. Кстати об этом мы скоро будем публиковать статью в «Тамыр». Понимаете все, что он делал, было подвигом. Каждый его шаг, каждое его интервью, каждая наша с ним беседа, понимаете, для меня очень ценны, потому что он действительно давал мне очень много и культурно обогащал меня каждый раз, когда мы с ним о чем-нибудь говорили. Не знаю, мне, наверное, очень сложно ответить на этот вопрос, я очень высоко оцениваю труды моего отца. Потому что он делал все на совесть, он вкладывал в это душу, он ночами мог не спать, лишь бы успеть к какому-то сроку перевести того же Абая, или кого-нибудь еще. Он много трудился для молодежи, переводил их, писал рецензии для книг молодых поэтов, писателей особенно казахоязычных. И я считаю, что вся его жизнь, то как он её достойно прожил — это есть его большое достижение. И выделить что-то одно такое яркое я наверно не могу, потому что это тяжело. Если говорить о номинальных достижениях,то он был академиком,до этого звания дослужился в культуре. Переводы Магжана, Абая издавали в Москве. Он, как я уже говорила, много ездил на конференции, которые проводились на мировом уровне, например, на конференцию о тенгрианстве, которая была на Иссык-Куле в 90-х годах, я уже не помню также, что он ездил в Париж за Мустафой Шокаем и делал проект. Мой отец был подобно маленькому научному институту, понимаете. И тот вклад в культуру, который он сделал, до конца еще не понят, и не оценен людьми, но я всегда его видела в этом состоянии полета, поэтому выбрать одно достижение для меня сложно (смеется). — Был ли у него девиз? — Если брать его девиз, то можно много всего привести. Наверно можно так сказать: «Ни шагу назад, ни шагу на месте, только вперед и только все вместе!» Он был большим лидером, лидером своего поколения. Он толкал всех людей вперед, он давал всем людям дорогу, он ценил в людях талант, пытался найти в каждом человеке что-то божественное и находил, вытаскивал это на свет. Действительно занимался культурой Казахстана, как в поле пашут пахари, так и он пахал на поле культуры, день и ночь без устали, без оправданий. Я слышу, у меня столько студентов, каждый как-то оправдывается, я смотрю на них и вспоминаю своего отца и думаю как это, что это такое? Как можно что-то, где-то себя оправдывать, когда человек на многое способен. У него был такой не девиз, а скорее убеждение, что в интеллектуальных вещах можно быть правдивым до жестокости. То есть для него была очень важна честность, он всегда старался играть по-честному, скажем так, он никогда не искал легких путей. Он был за открытость, ему нравилось понятие у Хайдеггера об Алетейе. Истина не в сокрытости, когда вдруг на человека что-то нисходит, что-то его озаряет, и он понимает, что это так, а не иначе. Он был таким ясным человеком, он любил проявлять свет, он не любил скрываться, зажиматься закрываться. Его девиз наверное «Будь честным», иначе ничего не получится. И он был таким. — Что для него, по Вашему мнению, было самым сложным? — Я не знаю. Я думаю, что сложности он преодолевал как-то легко, как настоящий мужчина. Он никогда не показывал мне, что ему что-то сложно. Когда я на него смотрела, мне всегда казалось, что у него все легко получается, он был очень легким человеком по своей натуре. У него было великолепное чувство юмора, он любую сложность мог зашутить до смерти. Поэтому я не знаю, в плане признаний его признавали, во всем остальном я думаю, его ничего по жизни так сильно не смущало. Он был известен, обладал достаточной властью. Наверное, самое сложное было не зазвездиться, пройти сквозь медные трубы, пройти сквозь эту славу достойно, не подумать что ты бог, не подумать, что ты выше, чем что-то, что на самом деле выше. Поэтому я думаю, что это испытание он прошел хорошо, при той власти и популярности, которыми он обладал. Он был человеком простым, я не могу сказать скромным, он любил говорить открыто обо всем и он также высоко себя ценил. Но он был человеком очень простым и этому многие люди поражались, потому что казалось, человек добился таких высот и должен стать очень высокомерным. Но он при всем этом оставался простым человеком. И многие люди, которые еле как добивались с ним встречи, вдруг понимали, что он принимает их чуть ли ни как родных, и очень сильно поражались этому. — Я слышала о том, что Вы презентуете I том трудов Вашего отца. О чем он? И когда состоится его презентация? — Мы презентуем первый том трудов. Этот том посвящен русскоязычной поэзии моего отца. Она разделена примерно на восемь периодов. Предисловие нам любезно написал Берик Магисович Жилкибаев. Этот том о его поэзии, на русском языке. Вся поэзия самая прекрасная. Он сам собирал, сам выбирал, сам лично принимал участие в создании этого сборника. Это весь тот интеллектуально-душевный клад, который нам от него остался, все те откровения, озарение, которые он получил за всю свою жизнь, вся его поэзия, только поэзия на русском языке собрана в этом томе. Там можно увидеть и лирика, и романтика, там градиентный переход от лирика к цинику, постмодернисту. Интересно следить, как менялся он с годами, как менялся с возникновением в его жизни западной философии. Как он сначала увлекался восточной философией, казахскими какими-то вещами, как далее у него это все отражалось, как билингвальное его мышление влияло на его письмо. Это будет уникальная книга, где будет собрано всё русскоязычное поэтическое творчество Ауезхана Кодар. Это будет не только презентация первого тома из 10 томов моего отца, это будет, если мы успеем, презентация 47-го номера «Тамыр», который посвящен Магжану Жумабаеву и символизму, в широком смысле. Там будет и статья Адибека Наржевского — дипломата из Франции о символизме, который сейчас учится в свои 50-60 лет в Сорбонне на бакалавриате на философа. Это удивительный человек, с которым я познакомилась в Париже, человек очень глубокий, вдумчивый, который написал гениальную статью о символах. Я ее перевела с французского, мы публикуем ее. У нас также появилась звездочка, это Орал Арукенова — прекрасный филолог, литературовед, переводчик и уже даже писатель, автор собственной книги. Мы публикуем ее статьи. Мне очень нравится Орал, потому что она великолепно разобрала римские мотивы Ауезхана Кодара. За них не брался практически никто со времен Сергея Кибальника, и вот она взялась и сделала это на высшем уровне, это был высший пилотаж филологического разбора, филологическо-психологического разбора, такого эротического его цикла, который при мне он никогда ни читал. Также у нас будет Галия Хамзеевна Мямишева в «Тамыре» со статьей «О Деррида», которая настолько гениально написана. То есть этот номер получается очень интересным. Также мы публикуем стихи Нуписа или Нурлана Султанбаева, трагически ушедшего в 17-18 лет, очень талантливого казахстанского поэта и художника, это брат Зиты Султанбаевой и недавно она устраивала выставку «От любви до ненависти» у нас в Алматы, поэтический вечер в память об Игоре Полуяхтове, Жанате Баймухаметове и своем брате Нурлане. И там она оживила его стихи своим прочтением. Я была так тронута, и стихотворениями, и этим поступком, что подумала, что «Тамыр» должен это отразить, то есть и также там будет статья о Магжане Жумабаеве, также статья моего отца о терминах философских, как он их создавал, на основе чего, на основе тюркского корня или западного смысла. Это будет мега номер. С тех пор, как мы издали номер о постмодернизме, я даже уже не знала о чем можно собрать номер, но вот сам год, сами люди стали присылать много интересных материалов — мы собрали целый номер, который собираемся презентовать. — Известно, что Ваш отец был философом. В чем была философия жизни Ауезхана Кодара? — Он верил, что время распределяет Тенгри, что нужно уметь принимать и жизнь, и смерть. Он верил в то, что каждая эпоха должна говорить своим языком, должна приносить что-то новое. Чтобы, например, 80-е отличались от 90-х в культурном плане и т.д. Он верил в то, что в современном мире не должно быть дедовщины, что надо давать дорогу молодым, и он сам старался это делать, поддерживать молодых, поддерживать их творчество, переводить их бесплатно. Очень поддерживал и переводил, писал аннотации, проводил вечера и вытаскивал их на свет. Также он считал, что вот эта наша система какая-то должна поменяться, чтобы у нее был прогресс. Чтобы войти в линию прогресса наша старая советская система должна измениться, и подстроиться под современный мир, что без современного мышления невозможно существовать в современном мире и быть по-современному конкурентоспособным, поэтому он пытался быть проводником западной философии в этот мир. Прежде всего, он очень любил Ницше и Хайдеггера, как философов и «Бытие и время» он читал до самой смерти своей, книгу из рук не выпускал, постоянно находил в ней что-то новое. Особенно ему нравилась такая вещь, как Алетейя, просто такое откровение. Ему очень нравится идея Алетейя, час откровения с природой, Богом, самим собой. И сам он был человеком честным — для него честь и чужое достоинство были превыше всего. Он считал, что никто не имеет право ронять чужое достоинство. Также считал, что все в этом мире имеют равные возможности и каждый может добиться успеха, если поверит в себя, если приложит усилия и сам он, несмотря на свой философский склад ума, был пахарем. Он действительно трудился, был очень трудолюбивым, трудился днями и ночами и все что проповедовал в своих стихотворениях, своих трактатах он применял к жизни, он этим жил. Он был за то, чтобы разные миры понимали друг друга, через диалог, слово, умение услышать друг друга, умение войти в чужую шкуру, умение понять. И для этого он создал свой журнал. И сам он всегда говорил, что его идентичность сложная, что он билингв между двумя мирами и поэтому он должен их соединить. А не маргенализироваться, не отстраняться, не быть чужим среди своих, не быть своим среди чужих, а наоборот постараться сделать чужих своими. Для нас чуждую культуру объяснить и сделать её понятной — вот к чему он стремился, и он верил, что знания — это больше, чем всё-то физическое, что есть. В этом плане можно сказать, что он верил в мир идей, больше чем в мир вещей. Хотя при этом он был тенгрианцем, тенгрианская философия очень конкретная. Она о том, что «бытие есть, а не бытия нет», и о нем можно даже не думать. И он верил, что он мог потрогать только то, что реально для него. Но также для него был реален его воображаемый мир, который был огромен, который высвобождал его от всего, от всех вещей, которые могли его ограничивать от жизни, литературы, творчества. Он сам действительно давал эти крылья другим людям, он умел в них вдохнуть какую-то уверенность в жизнь. Он считал, что каждый человек в чем-то талантлив, что надо этот талант всегда найти, взлелеять, взрастить и как говорят французы «maitriser» освоить, что талант — это такая вещь, как бриллианты, алмазы и чтобы из него сделать бриллиант, нужно потратить огромные усилия. Его философия в том , что если ты работаешь над собой, то ты сам себе проект и путь, как у соавтора, ты сам себя можешь сделать, ты сам можешь сотворить свою реальность, сам можешь повлиять на то, что у тебя есть. Все это зависит от тебя и ни от кого другого. Он был очень сильным человеком, выносливым, мог переносить тяжелые удары судьбы легко и учил этой силе других. Самая большая его философия в том, то что надо обладать силой духа. И если у человека есть сила духа, то он преодолеет всё. — Если бы «Казахфильм» решил снять фильм о жизни Ауезхана Кодара, кого бы Вы выбрали на главную роль? — На роль я бы выбрала человека, который никогда не сдается, которого ни что не может сломать, который всегда идет вперед, у которого есть дух. Я наверное, говорила бы актеру, нет вы не прошли, и если бы это его не сломало, и он мне доказал, что он мегаклассный актер, попытался бы понять моего отца и отразить вот этот дух, тогда бы взяла наверное такого актера. Я не могу назвать имена, потому что я не видела пока что таких актеров, которые могли бы сыграть моего отца, но для меня важно здесь две вещи. Это даже не внешнее сходство, мне очень важно, чтоб этот человек был с внутренним духом, стержнем, верой в себя непоколебимой. И с другой стороны мне важно, чтоб этот человек понимал творчество моего отца, чтобы он им проникся, действительно был как мой отец. — Большое спасибо, Айман, за откровенную, интересную и насыщенную беседу, желаем Вам успеха и процветания в развитии творческого наследия Ауезхана Кодара, с нетерпением ждем презентации его первого тома и журнала «Тамыр»!
117
Проблема духовности в философских воззрениях Шакарима Кудайбердиева
Спецификой казахской философии традиционно является ее интровертивная направленность, ориентированность на проблему человеческой экзистенции, духовный поиск смысложизненных оснований бытия человека. Данная тенденция имплицитно проявляется в творчестве казахских акынов и в профессиональных философских изысканиях мыслителей как средневекового периода, так и в Новое время. Духовная ориентированность национального философского сознания сохраняется и в начале двадцатого века, прежде всего в творчестве таких знаковых фигур казахской философско-этической мысли, как Абай Кунанбаев и Шакарим Кудайбердиев. Шакарим являет собой уникальное явление философской рефлексии, в котором совмещаются теологические представления, синкретизм и мистицизм, передовые научные и антропологическое знания. Главным предметом философствования Шакарима является человек, именно к нему сводятся духовные поиски и размышления мыслителя. Философ мучительно ищет путь становления человека духовным, данная цель определяется им главным содержанием человеческой экзистенции, оправданием бытия индивида в универсуме, развивающемся согласно духовным законам, вложенным в него Абсолютом. В центре философско-этических размышлений Шакарима Кудайбердиева стоит признание идеи Творца и бессмертия души. По мнению современного казахстанского философа О.А. Сегизбаева, философия Ш. Кудайбердиева представляет собой теологический гуманизм, так как она «всецело направлена на то, чтобы дать теологическое обоснование необходимости очеловечивания человека» [1; с.386]. Сущность человека, его природу и назначение Ш. Кудайбердиев определяет в знании, и прежде всего в знании истины, что является приобретаемым качеством человека. Знание истины не ограничивается чисто рациональным знанием, так как кроме научных познаний здесь необходимы проникновение нравственного начала, знание добродетели. Знание истины предполагают, по мнению философа, «осведомлённость в науках и различных религиях», раскрепощение разума и беспристрастие, что даётся через здравый рассудок и критическое оценивание любой научной концепции и религиозного учения. Философия Ш. Кудайбердиева представляет такой способ мышления, которому присущи толерантность, приятие любой концепции, поиск истины через критическое осмысление каждой формы мировоззрения, выбор того типа мышления, который соответствует собственным убеждениям, личностному ценностному коду на основе веры в высшие идеалы. Философу присуща интеллектуальная гибкость, он отвергает догматизм, который сравнивает с арканной привязью. Пристрастие, по мнению мыслителя, сковывает мыслительную деятельность человека, делает его мировоззрение однобоким и одномерным. Сам Ш. Кудайбердиев в своём труде «Три истины», исследуя доводы «за» и «против» идеи Творца и бессмертия души, показывает знание философии различных школ и направлений, естествознания и эзотеризма, так как глубоко убеждён, что исследующий должен быть осведомлённым в разных религиях и науках, знать, что по этому поводу высказывал тот или иной учёный. В стремлении Шакарима Кудайбердиева к познанию разнообразных учений и мировоззрений, к единению науки, философии, религии, эзотеризма в поисках истины, оправдания нравственности и духовности как высших законов человеческого бытия проявляется особый стиль философского со­знания. В философии Ш. Кудайбердиева на лицо мировоззрение, которому присуще целостное рассмотрение проблемы человека и бытия, уникальное учение с характерными ему многогранностью и глубинностью. Ш. Кудайбердиев убеждён, что истина не познаётся только лишь чувствами, они переменчивы и обманчивы. Верное познание даёт только разум, так как «истину человек видит и воспринимает не просто глазами, а глазами разума» [3; с.25]. Разум в единении с нравственной волей даёт человека, поведение которого отличается разумностью и нравственностью. Философ убеждён, что знание добродетели должно совпадать с поступками человека, что и составляет мудрость, так как «о мудрости и уме разумного, о мощи сильного, о виртуозности мастера мы судим по их делам» [3; с.27]. Рассматривая все доводы за и против идеи Творца и бессмертия души, Ш. Кудайбердиев считает, что от решения этого вопроса зависит как судьба отдельного человека, так и человечества в целом, так как в его основе лежит проблема признания приоритетности нравственного начала в природе человека. Решение проблемы идеи Творца и бессмертия души ориентирует человека, согласно Ш. Кудайбердиеву, на руководство добром в своих поступках не ради Творца, а ради сотворённого им мира и самого человека. Казахский мыслитель оперирует философской категорией причинности, доказывая идею Творца. Используя закон сохранения материи, Ш.Кудайбердиев считает, что «если следовать науке, то ничего из существующего не создаётся и не движется само по себе. Этому необходима причина, должна быть коренная беспричинная причина и эта беспричинная и есть Создатель» [3; с.22]. Все материальные тела причинно обусловленны, а значит, сотворены. Первопричиной всего сущего является Создатель, который всё создаёт по законам целесообразности, гармонии и меры. Человек, познавая через конечное бесконечное, т.е. законы мироздания, преломляя их через своё сознание, становится целостным и мудрым. Излагая концепцию первопричины, Ш.Кудайбердиев выступает как сторонник теологии. В то же время в поисках истины мыслитель излагает материалистическую концепцию, приведя убедительные аргументы в пользу материалистического мировоззрения. Мыслитель в «Трёх истинах» излагает атомистическое учение, приведя аргументы из античного наследия Пифагора, Эпикура и Демокрита а также новейшие открытия такой науки, как физика. Рассматривая материалистическую концепцию, философ приводит такие сильные аргументы, как закон циклического развития Вселенной, дарвинистическую теорию, согласно которой в Природе существует закон, в соответствии с ним «совершается отбор, избирается самое лучшее, способное расти, развиваться и стремиться к совершенству» [3; с.27]. Мыслитель, излагая доводы в пользы материализма, приводит также концепцию сородства биологических организмов, согласно которой всё многообразие жизни на Земле рождено морем; многообразие живых и материальных тел происходит в результате эволюционного развития и приспособления к окружающей среде. Чувственные же восприятия являются источником познания человека. Однако Ш. Кудайбердиев, несмотря на всю убедительность приведённых им аргументов в пользу материалистической концепции, считает, что светская наука уделяет мало внимания духовной сфере человека, а сама душа связывается с деятельностью мозга. Основным недостатком материалистической концепции философ считает восприятие человеком своего тела как своей личности, отсюда его самодостаточность и самодовольство, осознание своего бытия как телесного и материального, из чего вырастают аморальность и бездуховность. По мнению Ш. Кудайбердиева, наука не могла укоренить и развить в человеке доброе начало благодаря обездушивающему технократическому мышлению, отнимающему у человека веру в необходимость духовно-нравственных ценностей. Рассматривая закон сохранения материи, Ш. Кудайбердиев считает, что телесная субстанция человека на протяжении жизни находится в процессе постоянного развития и изменения. И после физической смерти тело не исчезает бесследно, а меняет форму. Душа человека тоже изменяется вместе с телом, переживает процесс психогенеза, в котором «переходит от низких ступеней развития к более высоким в процессе перерождений»[3; с.31]. Он убеждён, что свойства души ничего не имеют общего со свойствами тела, она неизменна в отличие от телесной субстанции. Аргументы в пользу существования души Ш. Кудайбердиев ищет не в науке и даже не в религии, считая её недостаточной и слабой в познании тайн происхождения всего сущего, а в оккультных знаниях. Обращение к оккультизму и эзотеризму Ш.Кудайбердиева связано с целью доказать, что Создатель, как бесконечное, недоступен чувственным восприятиям, т.е. конечному, как беспричинная причина возникновения всего сущего, и что душа представляет собой вечно преобразующуюся субстанцию, бессмертную и бестелесную. Свою концепцию, с выделением категории совести, и Ш. Кудайбердиев противопоставляет атеистическому материалистическому мировоззрению. При этом совесть выступает не как этическое понятие, а как философская категория. Именно совесть, по убеждению философа, способна разрешить вопросы человеческого бытия, науки и философии, а также возродить духовность в человеке. Ш. Кудайбердиев определяет совесть как «единство человеческой скромности, справедливости и доброты» [3; с.28]. Совесть позволяет сохранить человеку человечность и личное нравственное до­стоинство. В итоге философ приходит к выводу, что совесть есть высшее желание и потребность души, так как «душа является такой сущностью, которая никогда не исчезает, не поддаётся порче, а с каждым разом всё совершенствуется, идёт к возвышению. Это потому что она делает для себя обязательными такие причины, которые ускорили бы её возвышение» [3; с.28]. Причиной же, ведущей к возвышению души, по мнению Ш. Кудайбердиева, является нравственная чистота человека, его помыслов и дел. Обеспечить ее может именно совесть — как высшее нравственное чувство, преграда к аморальным поступкам и начало стремления к добродетели. Совесть также является мерой нравственности человека, так как её наличие лишь для создания общей человеческой личины или полное отсутствие совести делают человека не способным установить разницу между добром и злом, добродетелью и пороком. Уверование в совесть как в высший нравственный закон и в существование души взаимосвязаны. И если у человека нет веры в существование души и он считает, что совесть пригодна лишь для видимости, то в нём животолюбие доминирует над духовным началом, так как «сердце человека, не поверившего в то, что совесть и душа это необходимая опора, не смогут очистить ни одна наука, никакое искусство, ни один путь и никакой закон» [3; с.27]. Человек же, уверовавший в существование души и совесть как её первейшую потребность и желание, не становится бесчеловечным и бездуховным ни при каких жизненных условиях и испытаниях. Поэтому Ш. Кудайбердиев определяет веру человека в бессмертие души и связанную с ней потребность в нравственном чувстве совести как самую крепкую опору для его духовного возвышения. В обращении к совести Ш. Кудайбердиев видит «средство нравственного возрождения человека в условиях утраты нравственных и мировоззренческих ориентиров современного ему казахского общества»1. Нравственное чувство совести, по философии Ш. Кудайбердиева, неразрывно связано с верой в бессмертную душу, а с ней и в идею Творца. Без этого, пожалуй, совесть как необходимое моральное качество человека теряет смысл, а вместе с тем и сама мораль теряет свой духовно утверждающий смысл. Две истины, по мнению философа, согласно которым существуют идеи, признающие существование Бога и души, не способны помочь нравственному очищению человека. Только истина, связанная с признанием Бога как создателя всего сущего, души как бессмертной и бестелесной субстанции и совести как её потребности и желания, способна, по глубокому убеждению Ш.Кудайбердиева, нравственно возродить человека. На наш взгляд, определение в философском творчестве Шакарима Кудайбердиева идеи Творца, души и совести как человекозначимых универсальных в силу своей общечеловеческой природы духовных смыслов является новизной в исследовании философии казахского мыслителя. В частности, в работе «Казахская философия ХV – начала XIX вв.» О.А.Сегизбаева, где дается разностороннее и развернутое исследование философии Шакарима, указывается, что «философ считает, что отсутствие веры в существование Творца и бессмертие души оказывает на людей пагубное влияние и делает их аморальными, злыми, а не добрыми» [1; с.374]. Также в этой работе указывается, что ответ на вопрос о существовании Творца, «по мнению Шакарима Кудайбердиева, должен был ориентировать человека на праведное поведение и добрые дела, добрые не для Творца, а для сотворенного им мира и самого человека» [1; с.373]. Что касается совести в учении казахского философа, составляющей субстанциональную основу души и изначальную ее потребность, то в системе философских взглядов мыслителя О.А.Сегизбаев определяет ее как истину, которая может очистить от нравственной скверны и поставить на путь праведной жизни. Утверждение рассматриваемого современного философа, что для самого Шакарима вопрос о Творце и душе «имел принципиальное значение, так как считал, что от решения его зависит судьба как отдельного человека, так и человечества в целом» [1; с.373], на наш взгляд, подводит к пониманию, что в случае универсальной значимости решения данной мировоззренческой проблемы подразумевается наличие неких всеобщих универсальных смыслов, включающих в себя духовное содержание, вне которых человек утрачивает свое общечеловеческое свойство быть разумно-нравственным существом. Определение совести в учении Шакарима философами У.К.Альжановой и К.К.Бегалиновой как субстанции и основы мироздания, так как она «первична, существует до человека, эквивалентна Космосу и, появляясь на свет, человек соприкасается с такой Совестью, вбирает ее в себя»4, на наш взгляд, помимо метафизического аспекта совести, подразумевает ее надиндивидуальность. Данное качество совести выводится из понимания ее самим Шакаримом как некой субстанции, вечной, сопровождающей душу в ее бытии в процессе перевоплощений и способствующей ее восхождению. Осознание совести как вечной субстанции и необходимого атрибута духовного состояния человека способствует улучшению его природы и возвышению в результате освобождения от приоритета материально-телесного аспекта личности. Совесть как некий духовный идеал, согласно учению Шакарима, подразумевает, что вне вмещения его в сознание и поведенческие акты индивида невозможно говорить о том, что он состоялся в качестве существа разумного, нравственного и ответственного. С этих позиций, на наш взгляд, также возможно говорить о совести как общезначимом, в силу ее общечеловеческой универсальности, духовном смысле, так как совесть, согласно Шакариму, наделяет личность такими человекозначимыми свойствами, как гуманное отношение к другим, честный труд, избегание унижающих человеческое достоинство деяний и др., вне которых человек утрачивает свой человеческий облик. Если подразумевать, что духовность вмещает в себя человекозначимые смыслы, универсальные и необходимые по своей природе в силу того, что вне них индивида невозможно называть человеком в подлинном смысле слова, то данный подход позволяет выводить в учении Шакарима так называемые всеобщие человекозначимые смыслы. Они включают три положения учения казахского философа, а именно веру в Творца, бессмертие души и совесть как смыслы, составляющие сущностную характеристику духовности, но в рамках учения и понимания самого Ш. Кудайбердиева. Возможность данного подхода диктуется также тем, что сам Шакарим считал, что индивид вне названных смыслов несостоятелен как личность и очеловеченное существо, так как, с одной стороны, «если у человека нет веры в жизнь души и он считает, что совесть пригодна лишь для видимости, лишь для общей человеческой личины, для толпы, видать, нет и особой разницы между добром и злом» [3; с.63], в то же время, умение определять грань между благом и злом есть необходимое средство духовной ориентации человека в мире. Суррогатная антиценностная замена духовных ориентиров означает утрату человеческого начала в индивиде. С другой стороны, утверждение казахского философа, что «сердце человека, не поверившего в то, что совесть и душа — это необходимая опора, не могут очистить ни одна наука, никакое искусство, ни один путь и никакой закон» [3; с.64], показывает, что Шакарим считал совесть неким универсальным духовным смыслом, человекозначимым по своему содержанию, так как вне его индивид утрачивает человечность как родовое духовное качество, вне которого он становится деантропологизированным существом. Анализ эссе Ш. Кудайбердиева «Три истины» позволит обосновать утверждение, что истину о существовании Творца, бессмертной души и совести как ее потребности возможно определить как некие универсальные общезначимые смыслы, конечно, с позиции понимания самого казахского мыслителя, способствующие становлению духовности, определяющей сознание и поведенческую активность человека, формированию его духовным существом в целом. Для логического обоснования идеи Творца Шакарим использует, как говорилось ранее в данной работе, категорию причинности. Он усматривает за многообразием и безмерностью мира причинные истоки. Приводя научное утверждение, что ничто не возникает и не развивается само по себе, что приводит к идее, что у каждого явления и процесса есть своя причина возникновения и движения как условие его развития, мыслитель считает, что невозможно до бесконечности приводить цепь причинно-следственных связей всего универсума, так как в этом случае неизбежен приход к коренной беспричинной причине, под которой Шакарим понимает Создателя. Если все вещи, явления и процессы природы причинно обусловленны, то, следовательно, должен быть их исходный творец, так как ничто не возникает из ниоткуда. Если все движется и изменяется согласно логике собственного развития, которая предполагает свою конечную цель, то должен быть исходный источник мировой целесообразности, под которым мыслитель понимает Творца. Выдвигая данную концепцию телеологии и возникновения всего сущего, философ, несомненно, стоит на теологических позициях. Поэтому вся убедительность аргументов, приведенных мыслителем в защиту материалистической концепции, не является доводом в пользу его отказа от идеи Творца, так как материализм, по мнению Шакарима, уделяет мизерное внимание проблеме природы души, духовной жизни человека. Более того, согласно казахскому философу, материалистическая наука и естествознание связывают душу с деятельностью мозга, что, в свою очередь, приводит к тому, что человек воспринимает собственную телесную субстанцию как свою личность. А такое восприятие человека, по мнению Шакарима, опасно для него самого, так как вымывает духовность из его сознания. Поэтому усилия своей философии он прилагает, помимо обоснования идеи Творца, к доказательности бессмертия души. Аргументы для этого мыслитель первоначально находит в самой материалистической науке, утверждающей, что материя неуничтожима. Следовательно, умозаключает Шакарим, если тело при гибели человека не исчезает как материя, а переходит в иное состояние, то и душа не должна исчезнуть бесследно. Для обоснования идеи души как бестелесной бессмертной субстанции, всегда сохраняющей свою целостность в отличие от телесной субстанции, философ прибегает не к религии, так как считает, что она слаба и неопытна для обоснования данной идеи, а к оккультизму. В связи с этим, философ приводит много данных об опытах спиритуалистов и др. В итоге он приходит к обоснованию идеи, имеющей своим концептуальным истоком учение брахманизма, о бессмертии души человека и ее перевоплощении. Душа, по мнению Шакарима, находится в вечном процесс психогенеза или, как пишет он, «при каждом следующем процессе круговорота душа идет к новому качественному восхождению» [3; с.69]. В силу того, что, как указывает сам философ, этому верят немногие, то он в доказательность своего положения о бессмертной, вечно развивающейся душе приводит категорию совести, перешедшей в иную, не этическую ипостась. Ее философскую значимость можно истолковывать в разных смыслах. Так, О.А.Сегизбаев характеризует категорию совести в учении Шакариам как «общефилософскую категорию, дающую возможность разрешить многие сложные вопросы жизни, науки и философии и способную вывести человека на путь духовного бытия» [1; с.384]. Философы К.К.Бегалинова и У.К.Альжанова определяют категорию совести в учении казахского мыслителя как «важнейшую философскую категорию, являющуюся субстанцией, основой мироздания… она первична, существует до человека, она эквивалентна Космосу и, появляясь на свет, человек… вбирает ее в себя»5. Необходимо отметить, что и в том и другом мнении выражается общая идея, что в учении Шакарима понятие совести перерастает этический смысл, обретает смысл центральной философской категории. Несмотря на метафизичность категории совести, выявленной К.К. Бегалиновой и У.К. Альжановой, у троих авторов имеется общее мнение, что данное понятие в учении Ш. Кудайбердиева обретает смысл стержня всего человеческого в человеке. Прежде чем дать собственное понимание категории совести, на наш взгляд, необходимо рассмотреть данную категорию в непосредственном понимании самого казахского философа. Шакарим определяет ее следующим образом: «Человеческую скромность, справедливость, доброту в их единстве я называю мусульманским словом уждан, русским — совесть» [3; с.69]. Эта трактовка автора, несомненно, является этической, тем более, что к слову «совесть» он подбирает понятие «человечности». Но в таком случае категория не обрела бы метафизическое содержание, которое выявили философы К.К.Бегалинова и У.К.Альжанова. Характеристика, данная ими учению совести Шакарима, возможна в силу того, что он определил ее как «желание, потребность души. Это потому, что душа является такой сущностью, которая никогда не исчезает, не поддается порче, а с каждым разом все совершенствуется, идет к возвышению. Это потому, что она делает для себя обязательными такие причины, которые ускорили бы ее возвышение» [3; с.96]. Поэтому, согласно Шакариму, совесть, являясь постоянным желанием и потребностью души к совершенствованию и возвышению, наделяет душу способностью и возможностью к собственному восхождению в развитии. В силу этого только человек, уверовавший в идею бессмертия души и совесть как ее первейшую потребность и желание, имеет совесть и будет избегать злых деяний, заботясь о душевном благополучии в этой жизни и духовном восхождении в следующей. По этому поводу Шакарим пишет, что «если человек уверует в посмертную жизнь души и в то, что совесть — это ее первейшая потребность, тогда ничто не может сделать его сердце черным и черствым» [3; с.73]. В этой связи становится понятным стремление Шакарима Кудайбердиева привести как можно больше доводов в пользу бытия Бога и бытия души, так как вне этого невозможно обоснование совести не как морально-этической категории, а как нечто, обладающего субстанциональной основой, от качественного состояния которой зависит судьба новых воплощений. Без идеи Творца и идеи бессмертия души совесть утрачивает смысл как субстанция морали, но вне контекста этих идей теряет смысл и сама мораль, согласно замыслу Шакарима. В связи с этим становится ясным стремление мыслителя обосновать необходимость нравственности в мыслях и поступках человека через обоснования идеи Творца как беспричинной причины мира и идеи бессмертия души, а также совести как ее первейшей и изначальной потребности и желания. Таким образом, согласно учению Шакарима, совесть представляет собой своеобразную субстанциональную основу души, универсальный закон ее восхождения и развития. На наш взгляд, смысл учения Шакарима о совести заключается в том, что душа есть матрица, включающая в себя некий информационный код, сопровождающий ее на протяжении всего процесса психогенеза. Этот код обладает метафизической, космической сущностью, так как, предшествуя личности человека, получаемой в результате соединения души и тела, совесть предопределяет извечную потребность души к своему саморазвитию и восхождению. Данный вывод проистекает из убеждения Шакарима, что в универсуме существует неосознанное стремление к достижению высшей цели, заложенное в него извне. Следовательно, и в человеке должна существовать некая сила, обладающая субстанциональной основой, которая определяла бы его скрытое, бессознательное стремление к духовному восхождению, так как весь универсум, не осознавая вложенной в него извне потребности к саморазвитию, подчиняется ей, следуя логике программы всеобщего развития. Человек же, являясь существом разумным и в то же время противоречивым в силу наличия фактора его разумности, подчиняется и следует программе собственного духовного восхождения, осознав реальность бытия Бога, наличия и бессмертия собственной души и совести как ее первейшей потребности к собственному восхождению и развитию. Шакарим в своем учении о душе и совести апеллирует именно к разуму человека, так как доводы, построенные на желании и потребности верить, считает малоубедительными. Поэтому мыслитель приводит доводы в пользу доказательности бытия Бога, души и совести, в чем прослеживается его высокая философская рефлексия и рационалистическая позиция, а не просто апелляция к религиозным авторитетам и иррациональной потребности верить. То, что Шакарим Кудайбердиев углядывал в своей идее Творца, бессмертия души и совести универсальные, в силу своей общезначимости, условия очеловечивания облика человека, вне которых обоснование необходимости морали теряет свою актуальность и индивид обретает аморальность, или, как учил Ф.М.Достоевский, вне Бога наступает вседозволенность, так как «совесть без Бога есть ужас, она может заблудиться до самого безнравственного»6, позволяет выделить в учении казахского мыслителя некие универсальные смыслы духовности, обладающие всеобщей значимостью в силу их человекоактуализации. Следуя логике учения Шакарима, индивид обретает универсальную человеческую характеристику как существа разумно-нравственного в случае, если он вмещает в себе общезначимые духовные смыслы, заключающиеся в признании идеи Творца как исходной беспричинной первопричины всего сущего, идеи бессмертия души человека и идеи совести как субстанциональной основы, подвигающей душу к собственному возвышению. Эти духовные идеи очеловечивают человека в том плане, что, признав идею Творца и идею бессмертия души, индивид усматривает высшей целью собственного бытия достижение им нравственного облика, избегание аморальных поступков и деяний не по причине, что так угодно самому Творцу, а потому, что так угодно миру и самому человеку, так как это соответствует программе мирового и человеческого развития. Признание совести как необходимой духовной опоры самовозвышения человека, согласно замыслу Шакарима, отвращает его от зла и нравственной скверны, ставит его на путь праведной жизни, а смыслом человеческого бытия становится достижение собственного восхождения, обеспечивающего успех нового воплощения. Даже без учета окккультно-мистического и теологического содержания учения Шакарима Кудайбердиева становится ясным его стремление духовно возвысить человека посредством внесения в его сознание человекозначимых смыслов, заключающихся в избегании аморального, в собственном нравственном совершенствовании, стремлении к добру как изначальных смыслов его бытия. Вне этих смыслов, согласно философии Шакарима, индивид утрачивает свою подлинную человеческую сущность и природу. Поэтому основной задачей его эссе «Три истины» является рациональное обоснование идей Творца, души и совести как понятий, вмещающих в себя человекозначимые смыслы, очеловечивающие природу индивида. В социально-философских воззрениях мыслителя можно проследить понимание им взаимообусловленности и взаимосвязанности процессов гуманизации человека и общества. Так, он полагал, что необходимым условием искоренения пороков человека является гуманизация самого общества, что в то же время не мешает ему осознавать, что от духовного здоровья отдельно взятой личности, в свою очередь, зависит духовно-нравственный облик социума в целом. Утверждая, что если честный и разумный человек не будет причинять зло другим индивидам, Шакарим одновременно подразумевает, что имея подобное качество на массовом уровне, люди и общество в целом обретают благополучие. Социальность методов искоренения пороков человека и становления его духовным существом Шакарима Кудайбердиева усматривается также в том, что он предлагает социальные меры, помогающие (по его мнению) регулировать политическую власть путем избрания и назначения на должности людей, обладающих высокоморальными качествами, а также придать гуманистическую направленность законотворческой деятельности. Социально-философский характер пути становления человека и общества духовными по своей сути, предложенного Шакаримом, заключается также в его рекомендации введения новой учебной дисциплины, концептуально и научно обоснованной, именуемой им наукой совести. Главной ее задачей и предназначением является, по замыслу мыслителя, духовное воспитание подрастающего поколения, включающее взращивание в них гуманных человеческих качеств и формирование в нем чувства отвращения к человеческим порокам и низменностям. На наш взгляд, социальная направленность воззрений Шакарима Кудайбердиева, несмотря на несомненное влияние философских концепций буддизма и брахманизма, позволяет ему избежать присущих им интровертивной и индивидуалистической тенденций в философском определении путей и средств становления человека и общества духовными. Согласно философским воззрениям Шакарима, субстанциональной основой всего социального является не просто совместная деятельность людей, направленная на коллегиальные усилия по созданию чего-либо, а именно духовно-ориентированная деятельность. Вне этого, жизненно необходимого для общества условия, согласно Шакариму, исчезает сама возможность координирования и направления усилий людей и их активности на совместную деятельность, так как для этого нужны согласие, сотрудничество и взаимопонимание между индивидами, составляющими общество. Следовательно, по мнению казахского философа, духовность является основой социального образа жизни людей, так как вне ее исчезают возможности для их плодотворной совместной деятельности и проживания. Вне духовности в социуме происходит нарастание центробежных тенденций, усиливающих социальную конфликтность между людьми вследствие исчезновения противовеса эгоистическим стремлениям индивидов, создаваемым духовностью и культурой. Человекозначимые смыслы, составляющие сущностную характеристику духовности в понимании мыслителя, а именно идея Творца, бессмертия души и совести как ее изначальной потребности и желания, согласно философии Шакарима, вносят во внутренний мир человека императивы, придающие каждому индивиду человекозначимые смыслы, очеловечивающие его. Вне этих смыслов индивид, по мнению мыслителя, теряет универсальные духовно-нравственные свойства, значимость которых объясняется тем, что они должны быть сформированы в личности в целях обеспечения условий как для социального образа жизни индивида, так и для обретения духовной сущности, являющейся смыслом человеческой экзистенции. В этой связи правомерно повторное приведение слов Шакарима, показывающих осознание им важности духовности в жизни общества и общественных связях и отношениях между людьми: «Основой для хорошей жизни человека должны стать честный труд, совестливый разум, искреннее сердце… Без них не обрести в жизни мира и согласия»7. Рассмотрение философских воззрений Шакарима Кудайбердиева позволяет утверждать, что духовность определяется им как условие реализации социальности человека и в то же время как средство его очеловечивания. В этой связи в контексте мировоззрения Шакарима становится ясным, что человеческая деятельность вне духовности утрачивает свой смысл, так как в связи с ее утерей деятельностная активность людей обессмысливается в силу того, что главное ее предназначение не только в создании материально-вещных условий и предпосылок существования и деятельности людей, общественного бытия в целом, а в воспроизводстве человекозначимых смыслов как в самой деятельности, так и в ее продуктах и результатах. Вне этого условия в общественных связях и отношениях, сопутствующих человеческой деятельности, а также в ее продуктах отсутствует сам человек во всей полноте его разумных и нравственных свойств. Сам дух человека перестает присутствовать в общественных связях, деятельности людей и в ее результатах, что, в конечном итоге, расчеловечивает и обессмысливает их, так как их главная задача и конечный итог — это производство самого человека как существа, совмещающего в себе некие смыслы, придающие ему духовный, очеловеченный облик, который не передается генетически, а формируется лишь посредством общественной жизни. Поэтому субстанциональной задачей общества, скрытой за социальной структурой, социальными связями и институтами, является формирование человека как существа разумного, нравственного, духовного. Решение этой задачи способствует сохранности свойств общества, обеспечивающих его целостность и стабильность. С этих позиций становится ясной озадаченность и тревожность Шакарима Кудайбердиева, обеспокоенного ростом опасной тенденции деантропологизации человеческих взаимоотношений в обществе, самого человека и его деятельности. Его тревожили тенденция вымывания духовных ценностей из индивидуального и общественного сознания, рост отчуждения человека и общества и, как следствие этого, расцвет пороков, эгоистических устремлений и релятивистских настроений в умах современников. Маргинализация и пауперизация населения были следствием ломки привычного общественного уклада и приводили к расколу общества. Они являлись социальной основой расцвета человеческих пороков. Казахский мыслитель углядывал в бедности масс исток бездуховности человека и общества. Но растущая бездуховность, в свою очередь, усугубляла социальные проблемы, значительно отодвигая историческую перспективу их решения. Выход из данной ситуации казахский мыслитель видел в духовности, которая вернет веру человека в собственные силы, ликвидирует социальную апатию и безысходность масс, повернет индивидуальное и общественное сознание к духовным ценностям, а личность — к созидательной деятельности на собственное и общественное благо. Казахский философ в просвещении и обращении масс к культуре видел путь становления духовности, главенствующей в жизни и деятельности человека и общества, что, в свою очередь, подготовит условия для осознания и востребованности индивидуальным и общественным сознанием жизненной необходимости социальных преобразований. Таким образом, духовность является центральной проблемой философии Шакарима Кудайбердиева. Духовность определяется им как основа, очеловечивающая человека, и условие, придающее общественному развитию гуманизированную направленность. Пути становления человека и общества духовными казахский мыслитель видел в силе просвещения, воспитания и культуры, свет которых одухотворяет сознание личности гуманистическими ценностями, нравственно оздоровляет социального индивида, способствует общественному прогрессу, так как он во многом детерминируется уровнем развития сознания членов общества, человеческим фактором в целом. На основе изучения различных концепций и направлений мысли философ создаёт собственное учение, в основе которого идея духовного возрождения человека через укоренение в нём такого нравственного чувства, как совесть. Совесть, по мнению Ш.Кудайбердиева, появляется в человеке через развитие в нём веры в идею Творца и бессмертия души. Вслед за своим духовным учителем и наставником Абаем Кунанбаевым Шакарим Кудайбердиев рассматривает религиозное учение ислама, просвещение и стремление к созидательному труду как средства нравственного возрождения человека. Категория духовности в философии Шакарима Кудайбердиева обретает характер всеобщности и универсальности в силу ее общечеловеческой значимости. Духовность определяется им как универсальная мера человечности и культуры в индивиде. Ее отсутствие во внутреннем измерении индивида определяется казахским мыслителем как показатель и критерий антигуманизма и бескультурья человека, что, в принципе, лишает его универсальной человекозначимой природы, заключаемой во всеобщих смыслах духовности, способствующих очеловечиванию индивида, его возвышению над своей природно-инстинктивной основой, что качественно отличает человека от материально-природного бытия, его процессов и явлений. В целом, несмотря на теологический и мистический характер философии Шакарима Кудайбердиева, его концепция духовности обладает не абстрактным гуманизмом, а реальными чертами, приближенными к социальной действительности и антропологическим проблемам, в частности, проблемам экзистенции и смысложизненных ориентиров человека. Вопреки теологическому гуманизму казахского философа и ученого, истекающего из его мировоззренческих убеждений, философская рефлексия мыслителя на предмет духовности созвучна современным философским парадигмам, стремящимся обозначить гуманистический контур человеческого бытия, аксиологическое измерение его микрокосма. Список литературы: 1. Сегизбаев О.А. Казахская философия XV – начала XX вв. — Алматы: Ғылым, 1996. 2. Рысбекова Ш. Размышление Абая о духовном мире человека // Евразийское сообщество. — 1999. — № 3. — С. 87. 3. Кудайбердиев Ш. Три истины. — Алма-Ата: Казахстан, 1991. — С. 78. 4. Альжанова У.К., Бегалинова К.К. Философия в системе целостного знания. — Алматы: ДГП ВЦС ВКО, 2000. — С. 97. 5. Альжанова У.К., Бегалинова К.К. Указ. раб. — С. 96. 6. Достоевский Ф.М. Два лагеря теоретиков // Полн. собр. соч.: В 30 т. — Т.26. — Л.: Наука, 1976. — С. 134. 7. Кудайбердиев Ш. Записки Забытого // А.Кунанбаев. Книга слов. Ш.Кудайбердиев. Записки Забытого. — Алматы: Ел, 1993. — С. 93. Р.Б.Омаргазин
96
Готовьте ваши видеоролики!
АО «Казконтент» объявляет о старте нового конкурса «Туған жерім – алтын бесігім». Конкурс пройдет с 31 октября по 7 ноября 2018 года. Тематика конкурса посвящана развитию туризма в Казахстане. Проводится он будет среди жителей нашей страны. Для того чтобы принять участие необходимо записать видеосюжет не более 3 минуты, разместить его на личных страничках социальных сетей в период с 31 октября по 7 ноября 2018 года. У участников есть возможность в ролике показать красоту родного края, которая станет точкой для развития туризма именно этого региона, пересказать легенды казахского народа. Организаторами работы участников размещаются на страницах социальных сетей Фейсбук - Qazbesik или Инстаграмм - @qazbesik. Обязательным условием является наличие в описании работы хэштэга #qazcontentkonkurs2018, #konkurs_s_qazcontentom. Параллельно работы должны быть отправлены на почту kaztubetour@gmail.com. Определение призовых мест состоится путем подсчета количества «лайков» под видеороликом на официальных страницах социальных сетей: инстаграмм и фэйсбук. Победителями станут участники, набравшие наибольшее количество «лайков». Премия будет присуждаться за I, II, III места. Победитель I места получит денежный приз в размере 900 000 тенге, обладатель ІІ места получит – 600 000 тенге и ІІІ место - 500 000 тенге. Подведение итогов состоится 12 ноября этого года, список победителей будет размещен на социальных страницах организаторов. Церемония награждения пройдет 16 ноября 2018 года в г. Астана. ПОЛОЖЕНИЕ КОНКУРСА НА ЛУЧШИЙ ВИДЕОРОЛИК НА ТЕМУ РАЗВИТИЯ ТУРИЗМА В КАЗАХСТАНЕ «ТУҒАН ЖЕРІМ-АЛТЫН БЕСІГІМ» 1. Общее положение 1.1. Настоящее Положение определяет порядок проведения Конкурса «Тұған жерім-алтын бесігім» (далее — Конкурс) на лучший видеоролик по освещению достижений в области туризма и развития туризма в Казахстане. 1.2. Конкурс проводится среди жителей Казахстана, авторов материалов, блогеров на лучшее информационное сопровождение достижений в области туризма. 1.3. В Конкурсе могут принять участие граждане Республики Казахстан любого возраста. Родитель или законный представитель несовершеннолетнего Участника Конкурса несет ответственность за соблюдение ребенком настоящих Правил. 1.4. Организатором и координатором конкурса является АО «Казконтент» (далее - Организатор). 2. Цели и задачи конкурса 2.1. Цель Конкурса — выявление лучших видеоработ по освещению достижений в области туризма. 2.2. Задачи Конкурса: • популяризация внутреннего и международного туризма; • формирование позитивного мнения о туристской отрасли и содействие в информировании населения о развитии данной сферы; • выявление наиболее интересных и перспективных проектов в области развития и продвижения туризма региона; • показать красоту родного края, которая станет точкой для развития туризма именно этого региона; • пересказать тайны и легенды казахского народа, связанные с государственной программой Рухани жангыру; • выявить актуальные проблемы касательно данного направления. 3. Организация конкурса 3.1. Организатор обязуется провести Конкурс и определить победителя среди Участников Конкурса. 3.2. Организатор не осуществляет выдачу денежного приза в случае выявления фактов мошенничества, в том числе, но, не ограничиваясь перечисленным ниже: мошенничество при накрутке «лайков», мошенничество в участии в Конкурсе и другие нарушения. Организатор определяет наличие фактов мошенничества и фальсификации на основании технических данных и иной информации полученной в ходе Конкурса. 3.3. Организатор: • осуществляет общее управление и контроль, оперативное управление мероприятием в рамках Конкурса; • утверждает Положение о Конкурсе и осуществляет контроль за его соблюдением; • размещает информацию о Конкурсе на интернет-ресурсах; • ведет сбор заявок участников Конкурса; • устанавливает порядок проведения и проводит регистрацию результатов Конкурса; • организует награждение победителей и лауреатов Конкурса. 3.4. Решения Организатора по всем вопросам, связанным с проведением Конкурса, являются окончательными и не подлежат пересмотру. 3.5. Организатор вправе по своему усмотрению в одностороннем порядке прекратить, изменить или приостановить проведение Конкурса в связи с манипуляциями, несанкционированным вмешательством, фальсификацией, техническими неполадками или любой причиной, неконтролируемой Организатором, которая искажает или затрагивает исполнение, безопасность, честность, целостность или надлежащее проведение Конкурса. 3.6. В случае выявления любой попытки недобросовестного участия в Конкурсе, Участник может быть отстранен. Организатор самостоятельно осуществляет оценку добросовестности участия в Конкурсе, а также результаты Конкурса. 4. Права и обязанности участников 4.1. Все Участники, родители или законные представители несовершеннолетних, обязуются выполнять положения настоящих Правил. 4.2. Участник имеет право на получение приза, в случае если он будет определен Организатором как победитель. 4.3. Принимая участие в Конкурсе, родитель или законный представитель несовершеннолетнего участника подтверждает ознакомление и дает свое добровольное согласие на то, что в случае выигрыша его подопечного в Конкурсе информация о факте выигрыша, а также о его ребенке (фамилия, имя и отчество, фото и видеоизображение, город (местность) проживания) будет опубликована, в том числе, в средствах массовой информации. 4.4. Принимая участие в Конкурсе, родитель или законный представитель несовершеннолетнего участника дает свое согласие на обработку и хранение персональных данных ребенка, осуществляемое Организатором в целях проведения Конкурса, вручения приза, публикации результатов Конкурса. 4.5. Участник, родитель или законный представитель несовершеннолетнего участника Конкурса дает свое согласие Организатору на использование изображения, персональных данных, фотографии, интервью или иных материалов о ребенке, связанных с его участием в Конкурсе, для целей проведения Конкурса и выдачи призов, а также при распространении рекламной информации о Конкурсе на неограниченный срок, без ограничения территории и без выплаты каких-либо вознаграждений. 4.6. Участники, законные представители несовершеннолетних участников самостоятельно оплачивают все расходы, понесенные ими в связи с участием в Конкурсе, а в случае занятия призового места – связанные с получением приза. 4.7. Родитель или законный представитель несовершеннолетнего участника Конкурса, представивший Организатору документы и/или информацию об Участнике Конкурса для получения Приза, несет ответственность за их достоверность, действительность и подлинность. 5. Порядок и сроки проведения Конкурса 5.1. Основной Конкурс проводится среди работ, выполненных в виде видеосюжета по общей теме: «Развитие туризма в Казахстане». 5.2. Организаторами работы участников размещаются на страницах социальных сетей Фейсбук - Qazbesik или Инстаграмм - @qazbesik. 5.3. Для участия в Конкурсе необходимо в период с 31 октября 2018 по 7 ноября 2018 года опубликовать работу на страничках своих социальных сетей (инстаграмм, фейсбук). Обязательным условием является наличие в описании работы хэштэга #qazcontentkonkurs2018 #konkurs_s_qazcontentom. 5.4. Параллельно работы должны быть отправлены на почту kaztubetour@gmail.com с указанием автора работы и контактных данных для размещения на сайте Kaztube.kz. 5.5. По результатам конкурса определятся три призовых места. 5.6. Определение призовых мест состоится путем подсчета количества «лайков» под видеороликом. Участники, набравшие наибольшее количество «лайков», будут признаны победителями. 5.7. Результаты Организатор выявит 12 ноября 2018 года. Список победителей будет размещен на сайте kaztube.kz. 5.8. Церемония награждения состоится 16 ноября 2018 года в г. Астана. 5.9. После окончания мероприятия формируются материалы о проведении Конкурса (отчеты, фотографии, видеоматериалы на СD-диске). 6. Номинации премии 6.1. Премия присуждается за I, II, III места. Победитель I места получит денежный приз в размере - 900 000 (девятьсот тысяч) тенге. Победитель II места получит денежный приз в размере – 600 000 (шестьсот тысяч) тенге. Победитель III места получит денежный приз в размере - 500 000 (пятьсот тысяч) тенге. 6.2. Выплата денежных призов производится Обществом за вычетом налогов и других обязательных платежей в бюджет. 7. Требования и критерии оценки конкурсных работ 7.1. Участникам конкурса предлагается выполнить задание в виде видеосюжета на тему «Развитие туризма в Казахстане». 7.2. Оформление работы производится в формате видеосюжета. Участникам конкурса необходимо снять видеоролик с хронометражем не более 3-х минут с указанием нижеперечисленных требований: • работы должны выражать патриотический дух; • раскрывать тему развития туризма в Казахстане в полном объеме; • выявлять актуальные проблемы касательно данного направления; • затрагивать общественную значимость и актуальность темы и содержания материала. • содержание видеороликов не должно противоречить законодательству Республики Казахстан. • оригинальность и эффективность форм подачи материала. 7.3. Участники не имеют право использовать видеокадры, которые были заимствованы с других видеороликов. 7.4. Работы, которые не соответствуют требованиям будут автоматически удалены со страниц социальных сетей Конкурса. 8. Авторские права 8.1. Ответственность за соблюдение авторских прав несет участник, предоставивший работу на Конкурс. 8.2. Организатор Конкурса оставляет за собой право вносить дополнения и изменения в настоящее Положение. 8.3. Ответственность за соблюдение исключительных и авторских прав на работу, участвующую в конкурсе, несет участник, предоставивший данную работу; 8.4. Участник гарантирует наличие у него исключительных авторских прав на представленную на Конкурс работу. 8.5. Предоставляя свою работу на Конкурс, участник автоматически дает право организаторам Конкурса на использование и распространение предоставленного материала (размещение в сети интернет, публикации в СМИ, дальнейшее тиражирование и т.д. и т.п.); 8.6.В случае необходимости, организаторы Конкурса могут запросить у автора оригинал видеоролика; 8.7. Предоставление работ на Конкурс со стороны участника и использование и распространение предоставленного авторского материала со стороны организатора осуществляется на безвозмездной основе; 8.8. Участники Конкурса дают свое согласие на обработку своих персональных данных (фамилия, имя, отчество, адреса электронной почты и иных персональных данных, сообщенных участником Конкурса); 8.9. Предоставленные на Конкурс видеоролики не рецензируются и не возвращаются. Отчет участнику Конкурса о дальнейшем использовании и распространении организатором представленных на Конкурс материалов не предусмотрен. 8.10. На Конкурс не допускаются видеоролики, заимствованные из других источников (видео–хостинги, социальные сети и т.п.); 8.11. На Конкурс не принимаются видеоролики рекламного характера, оскорбляющие достоинства и чувства других людей, не укладывающиеся в тематику Конкурса. На Конкурс не принимаются видеоролики, включающие в любой форме призывы к насильственному захвату власти, насильственному изменению конституционного строя и нарушению целостности Республики Казахстан, пропаганду войны, информацию, которая возбуждает социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду.
86
Показать еще  >