Одна из причин пристрастия людей к порочному – безделье. Когда б он возделывал землю, занимался торговлей, разве мог бы он вести праздную жизнь?
Абай Кунанбаев

Главная
Литературный процесс
Через творчество отец все еще может вдохновлять молодежь на творчество

18.11.2020 2129

Через творчество отец все еще может вдохновлять молодежь на творчество 12+

Писатель, поэт, переводчик казахской поэтической классики Ауэзхан Кодар внес значительный вклад в казахскую литературу. После смерти отца Айман Кодар решила продолжить дело отца и по сей день продолжает. И для того чтобы узнать как идет этот процесс мы поговорили с Айман.

Айман Кодар – поэт, автор сборника эссе "Превращения", организатор культурных мероприятий, творческих вечеров, магистр международных отношений КазНПУ им.Абая института Сорбонна-Казахстан.

- Добрый день, Айман! Для начала хотелось бы поздравить вас с презентацией нового номера журнала . Знаю, как вы готовились к этому мероприятию. Расскажите, пожалуйста, как все прошло?

- Мероприятие прошло на высшем уровне. Я рассказала о журнале, пригласила авторов, они тоже выступили. Они рассказывали о том, как относятся к теме свободы, как это проявлялось в жизни и так же они представляли свои произведения, рассказывали о своих работах, представленных в журнале. В итоге у нас получилась очень интересная дискуссия.

Мы планируем провести еще несколько презентаций уже в онлайн формате вместе с нашими авторами, зрителями и также с нашими зарубежными авторами, потому что у нас очень много авторов, которые живут в России, Украине и так далее. Их тоже хотелось бы подключить к нашей дискуссии и также обсудить с ними тему свободы.

- Ваш отец был поэтом, критиком, культурологом и публицистом. Ауэзхан Кодар – билингвист в полном смысле этого слова. Поэтому он выбрал название с глубоким смыслом. Давайте, поговорим о значениях этого слова.

- У слова «Тамыр» есть три значения в казахском языке. Первое – это корень, второе – это вены, и третье – это дружба. Из этих трех значений исходит три наших главных рубрики. Первая рубрика называется «Пульс перемен» там мы отражаем нашу реакцию на какие-то актуальные события этого мира, мира культуры, там отражаются и обсуждаются какие-то общественно-политические моменты. Мы держим руку на пульсе всех изменений среди которых мы живем, и на которые мы как-то можем влиять. Второй раздел называется у нас «Корни и крона» — это исторический раздел, но это не просто исторический раздел — это раздел, где мы оцениваем состояние казахстанской культуры в разрезе истории и современности. Мы смотрим какой культура была раньше и какой она становится сейчас, какой облик она приобретает. И здесь, конечно, мы даем слово и искусствоведам, и филологам, и историкам. То есть, мы рассматриваем нашу культуру в диахроническим разрезе. Далее есть раздел, который исходит из третьего значения слова, и он называется «Диалог». В этом разделе преимущественно у нас были переводы либо интервью с нашими зарубежными коллегами. И в этом разделе мы публикуем именно то, что помогает нам быть в диалоге с миром. В одном разделе мы анализируем то, кем являемся мы. Но, невозможно жить одному в этом мире, то есть мы познаем себя через другое и именно на таком контрасте можно увидеть кем являешься ты сам. Поэтому, Интерес к другому, с большой буквы, у нас всегда есть. Нам интересно и нам хочется понять, как развивается культура других людей. Особенно сначала это был раздел, который был проводником западной философии в центральную Азию. Но, сейчас мы расширили свои интересы и мы публикуем статьи и о Востоке. Три значения слова «Тамыр» все равно исходят концептуально из идеи коммуникации, то есть, это все показывает коммуникацию. И мы всегда за то, чтобы быть проводниками этой конструктивной, классной коммуникации между людьми, между Казахстаном и этим миром.

- В сорок шестом номере заметила, что вы добавили раздел "Кодароведение". Чья это была идея? И насколько хорошо знаю наши авторы Ауезхана Кодара?

- Мы начали рубрику «Кодароведение» с тех пор, как отца не стало. И я думаю, что это очень важная рубрика в нашем журнале, потому что мой отец творил в очень разных жанрах. Он писал драмы, он писал прозу, поэзию и надо все это изучать. Также он был переводчиком и все, что он написал все еще требует своего изучения, все еще ждет своего исследователя. Хотя, на самом деле я сама была исследователем творчества моего отца, когда училась в университете, и писала об этом дипломную работу. Также в Москве о нем пишут уже магистерские диссертации. Поэтому, на самом деле творчество моего отца я думаю довольно-таки популярно и известно в Казахстане. Но, оно известно в узких интеллектуальных кругах. То есть, я не могу сказать, что его знают все, от мала до велика. Но, люди, которые понимают что-то в литературе они, конечно же, знакомы с его творчеством. И также ведется довольно-таки хорошая работа по тому, чтобы его изучать не только в Казахстане, но и за его пределами.

Мы проводили «Кодаровские чтения», где очень много Алматинских поэтов, и не только Алматинских, изъявили свою волю поучаствовать. Написать хоть какие-то отклики на его произведения. То есть, молодежь тоже потихонечку узнает его творчество. Мы записываем видео, где молодые поэты читают его стихи, и публикуем их на YouTube. Мы делаем поэтические вечера, где также молодые поэты, и не только молодые, могут выступить, и как будто бы вступить с моим отцом в диалог, и написать что-то вдохновляясь его стихотворениями. Я считаю, что это просто бесценно, что через творчество отец все еще может как-то влиять на умы и вдохновлять молодежь на творчество.

- Действительно, человек не умирает, пока его помнят и читают его произведения. Ведь он сам говорил: "На мой взгляд, рушится только то, что неспособно к жизни". А его творчество будет жить и подарит вдохновение еще многим людям. Хотелось бы узнать, какое из произведении вашего отца сильно повлияло на вас?

- Мне очень нравится его цикл стихотворений «Мисс ноль». Этот цикл обращен к нулевым годам, к миллениуму в целом, как к эпохе и к миллениалам. То есть, людям этой эпохи к которым я тоже себя отношу. И это очень интересный цикл, потому что отец обращается к абстрактной девушке и называет ее «Мисс ноль», и спрашивает у нее о том, как вообще мы будем жить, куда идет вся эта ситуация? Потому что, когда развалился Советский союз и только создалось наше государство, было очень много вопросов вакуума и было вообще непонятно куда мы идем. И я, например, всегда состою в таком творческом диалоге с моим отцом, и я на этот цикл стихотворений написала эссе, где я от имени этой «Мисс ноль» ответила ему на все его вопросы.

Мне очень нравится его книга «Порог невозврата» - это его проза, и это как раз такая очень постмодернистская история о нашей действительности, об интеллигенции и власти, о том как все перевернуто в нашем мире. И я очень люблю этот роман, потому что он читается на одном дыхании, он написан очень легко, при том, что там такие контексты, что когда его разбирала в контексте постмодернизма мне не хватило даже двух месяцев, я где-то два с половиной-три месяца разбирала этот роман на все признаки постмодернизма в нем. И это очень глубокий роман, при том, что написан он просто виртуозно и читается, как я сказала, очень легко. При том, что там есть очень крутые мифологические отсылки, литературные отсылки, отсылки к миру кино. То есть, он очень интересно написан сам по себе и это такая маленькая колыбель постмодернизма в Казахстане. И сама эта история создавалась на моих глазах. Мой отец всегда рассказывал мне про своих героев, про то, что он собирается с ними сделать. И очень часто он менял концовку, то есть он одну концовку напишет, потом ему что-то не понравится или придет новая идея и он ее начинает менять. Потом у моего отца была недописанная драма, она называлась «Угедей», эта драма была посвящена сыну Чингисхана и тому, как Чингисхан в своем государстве сделал транзит власти. Он сделал вид, что он умер, а на самом деле он не умер и пришел к своему сыну в виде шамана, и стал управлять всей империей сам, как бы через сына. Поэтому, это очень интересная история, которая почему-то в моей душе откликается.

На самом деле, мне очень нравится и стихотворения моего отца. Я их делю где-то на восемь циклов, и в каждом цикле я нахожу то, что мне интересно. В том цикле, когда он был еще юн и молод, можно найти какую-то искренность. Там можно найти, может быть, не такие мастерские формы, которые были позже, но там можно найти какое-то ребячество. Далее у него начинаются постмодернистские циклы, начиная с «Цветов руин» заканчивая «Зовом бытия». Есть у него тюркский цикл, который я разбирала как раз тогда, когда училась на тюрколога, где он поднимает всю тюркскую мифологию и начинает ее осмыслять в новых контекстах современной западной философии и начинает сопоставлять одно с другим. И конечно, мне очень нравятся эти циклы, потому что там он размышляет о тенгрианстве. Также мне нравится его казахоязычное творчество, то есть его стихи на казахском языке, они очень трогательные. Очень много стихов отец посвящал мне, стихотворение, посвященное моей маме, все эти стихотворения мне тоже нравятся. У него настолько интересное творчество, мне нравится его драма которая называется на казахском языке «Екі Қорқыт немесе қабылданбаған құрбандық», где он высмеивает такой средневековый ислам через фигуру Коркыта, тюркскую фигуру первого шамана, который противостоял самой смерти. На самом деле, у моего отца очень много произведений и я люблю их все.

- В выпуске вашего журнала был пробел в два года. Ваши читатели не переживали, не звонили вам с целью узнать причину?

- Все эти два года мы собирали новый номер. Я думаю, люди знали, что он выйдет и что все будет хорошо. Потому что, все равно мы так или иначе стараемся его всегда выпускать. Просто в этот раз нам понадобилось гораздо больше времени, чтобы собрать его по нашей концепции. Было очень много работы с разными деятелями культуры, кто-то сдавал свои работы сразу, кто-то сдавал свои работы не сразу. То есть, кого-то мы ждали чуть дольше, кого-то мы ждали очень долго. Я, конечно, очень благодарна авторам за их терпение, за то что они смогли дождаться. Потому что, я все время когда хотела его сделать, если бы я издала его в 2019 году, то номер бы получился неполным, не цельным, не таким каким он получился сейчас. И поэтому, нам понадобилось больше времени, чтобы со всеми связаться, тем более был такой карантин. Мне кажется, вообще многим людям было не до всех этих интеллектуальных изданий. Люди просто были озабочены элементарным выживанием, пропитанием, здоровьем, более базовыми своими потребностями. Поэтому, в принципе я никаких таких комментариев не получала. Потому что, все-таки, фокус внимания был смещен на другие какие-то проблемы. И как мы вышли из пике, номер тоже вышел.

- Что отличает ваш журнал от других литературных журналов?

- Думаю, «Тамыр» от других литературных журналов как раз-таки отличает то, что он не совсем литературный журнал. Он именно культурологический журнал, который не просто «толстое литературное издание, это журнал, который старается осветить все сферы нашей культуры, начиная от драм, от какой-то политической ситуации в стране заканчивая уже современными произведениями искусства. То есть он затрагивает все и живопись, и современное искусство, и философию, и историю. Он охватывает очень большой спектр, спектр того, что относится к казахстанской культуре и не только к казахстанской но и зарубежной. Мне кажется, «Тамыр» отличает от других журналов его концепция. Его концепция состоит в том, чтобы показать Казахстан миру через перевод и показать мир Казахстану и найти какие-то созвучия. Найти также то, что нас отличает и понять себя. То есть это журнал, в котором осуществляется большой поиск нашей современной идентичности. У нас каждый номер собирается либо на какую-то тему, либо мы собираем что-то, что относится к одному жанру. Например, модернизм, постмодернизм, символизм. То есть, каждый номер журнала он так или иначе относится либо к какому-то жанру, либо к какой-то теме. И темой последнего номера была свобода во всех ее проявлениях, начиная от того как люди борются за свои права на митингах и заканчивая тем, что люди не могут сказать какое-то слово или борются за то, чтобы сказать свое слово и заканчивая тем, что человек хочет уехать за границу и преодолеть границы между собой и этим миром. Вот все эти аспекты свободы, какие только были, как оттенки свободы, мы пытались показать все оттенки этой свободы, все ее грани какие только можно осветить и те грани, которые актуальны для нас сейчас.

Наш журнал собирается как симфония. Если вы прочитаете несколько произведений, то вы увидите, что между ними тоже есть какая-то взаимосвязь. Не просто так берутся разные произведения, они берутся для того, чтобы это зазвучало как симфония, где-то скрипки, где-то фортепьяно, где-то гобой, где-то виолончель, понимаете?! Через все повествование красной нитью идет какая-то концепция или тема, и она отражается через все эти инструменты, через всех этих людей. И все они играют одну мелодию.

- Да, это я заметила. Язык музыки позволяет добиться большей эмоциональности и отлично передает мнения и чувства авторов вашего журнала. Многих авторов, у которых есть статьи в вашем журнале, ваш отец отметил в своем интервью в 2015 году. Так же, он сказал, что: «У нас пока литература как на казахском, так и на русском языках держится на энтузиазме авторов. В то же время хотелось бы это размежевание, которое постоянно чувствуется, чтобы его как-то преодолевали: русские литераторы чтобы знали казахских, а казахские – русских. Чтобы переводили друг друга, и шел такой встречный процесс взаимооткрывания». Что изменилось за 5 лет?

- За пять лет очень многое изменилось. Мы устраивали очень много мероприятий с Тлеком Ырысбеком, с редактором казахской части нашего журнала. Мы делали, например, чтения в честь Жуматая Жакыпбаева. Во-первых, на этих чтениях молодые поэты читали стихотворения Жуматая Жакыпбаева на казахском и на русском языке в переводе моего отца. Во-вторых, они писали на его стихотворения свои стихотворения-отклики. И получился такой вечер на казахско-русском языке, то есть у нас был вечер на двух языках. И так они начали друг друга узнавать. Также наш журнал проводил квартирники. У нас тоже были такие вечера, когда приходили казахоязычные авторы и русскоязычные. В какой-то момент даже благодаря этим всем проектам как-то еще был Bookcrossing в Астане и в Алмате. В Астане, например, этот Bookcrossing вылился в очень классной форме сотрудничества того же Тлека Ырысбека, Каната Омара. Канат -русскоязычный поэт, но он казах. Вот он перевел стихотворения Тлека Ырысбека, а я сама переводила его вместе с Юрием Серебрянским для журнала «Дактиль». На самом деле очень важно иметь какой-то интерес друг к другу и понимать что интеллектуалы могут быть разными, что они могут быть и русскоязычными, и казахоязычными. Background у них может быть очень даже похож. Поэтому, надо просто дать нам шанс для сближения, а для этого нужны такие билингвы как мой отец, как Канат Омар и как я. Вот такие люди, которые могли бы связывать, переводить на ходу или письменно, например, стихотворения. Также Тлек Ырысбек познакомил меня с замечательной поэтессой Айданой и она тоже переводила мои стихотворения на казахский язык. Мне кажется, очень важно создавать какие-то реальные встречи для людей и давать им пространство для сближения, для знакомства с творчеством друг друга. И «Тамыр» как раз-таки является этим пространством, и он создает его не только виртуально, но и в реальной жизни, когда мы делаем встречи. И таких встреч было очень много за эти пять лет. Благодаря этим встречам пошел уже литературный процесс в переводческом плане. Если и дальше это все устраивать, то этот диалог неизбежно будет построен, и мы будем знать друг друга хорошо.

- Какие механизмы привлечения аудитории вы использовали для того, чтобы больше людей знали о творчестве Ауезхана Кодара, чтобы читали его произведения? Что планируете сделать в данном направлении, а чего не будете делать ни в коем случае?

- Самое первое, что мы сделали, мы очень круто обновили свой сайт. На сайте теперь у нас есть все, что нужно для того, чтобы работать с нашей аудиторией. Например, авторы теперь могут легко присылать мне свои работы. Им даже не надо знать мой email, то есть они могут делать это через сайт. Там есть специальная кнопочка, называется «Прислать работу». Также на сайте есть магазин, где можно купить многотомник моего отца, который мы недавно издали. Я в основном продвигаюсь через Facebook, еще я подумываю о YouTube, потому что у нас на сайте открылся лекторий и скоро мы с Тлеком Ырысбеком будем делать там большой курс про казахскую литературу для русскоязычной аудитории как раз. Конечно, казахоязычные тоже могут слушать, так как он будет на казахском. И скорее всего будет на казахском с субтитрами, а может быть там будет наложен мой второй голос, где я это все перевожу на русский язык. Поэтому YouTube это тоже одна из площадок, который мы тоже собираемся использовать для продвижения. В принципе, мы его уже активно используем, потому что очень много видео с презентации, очень много видео с встреч с нашими авторами, с бенефисов стоят на YouTube. Так же в принципе у нас очень хорошо настроена seo-оптимизация. Если человек ищет какую-то статью, какого-то автора, то наш сайт первым всплывает в поисковике. Если написать журнал «Тамыр», то Google выдаст первым наш сайт. Потом, конечно же, у нас есть Instagram, но мы его так активно не ведем, потому что, нам кажется это не совсем наш формат. Но, в принципе, в общем и целом социальные сети мы как-то активно задействуем всегда. Если у нас какие-то мероприятия, мы всегда это организуем через Facebook. Потому что на Facebook есть большая аудитория, которая любит наш журнал, ждет его и всегда хочет получать какие-то уведомления. Теперь еще на сайте у нас появилась функция подписки, то есть можно подписаться на обновления сайта и вообще быть всегда в курсе всех новостей. Поэтому вот эта огромная работа, которая была проделана над сайтом, она реально перевела «Тамыр» в окончательную оцифровку. Раньше у нас тоже был сайт, но, там можно было просто читать этот журнал, то сейчас у нас сайт очень функциональный, на котором можно много чего делать. Поэтому, мы через технологии все это обновляем и через это привлекаем аудиторию. Также мы делаем разные конференции, мы скоро будем делать большую конференцию в Zoom, с авторами и с читателями. Раньше мы аналогичным образом действовали по университетам и делали большую работу со студентами, то есть рассказывали о существовании такого журнала и на многих студентов, на многие жизни это повлияло. Один мальчик, который поступал на культурологию, даже не знал, что это такое. А когда увидел наш журнал, он понял что это такое и когда он оттуда ушел, он вернулся и заново пытался поступить на эту специальность. Потому что, он мне сказал: «Я бы очень хотел когда-нибудь быть таким, как ваши авторы. Я бы очень хотел когда-нибудь опубликоваться в вашем журнале, быть достойным его» и это было очень приятно.

Что касается отца, то я планирую делать альбом, где я бы сочинила музыку на его стихотворения, потому что я этим занимаюсь потихонечку. Это такой творческий процесс, он не быстрый. Также, возможно, буду читать его стихотворения на YouTube вместе с этой музыкой или с наложением какой-нибудь другой музыки. Такие планы тоже есть, но в принципе это мы и реализовывали вместе с поэтами, поэтому уже кое-какие видео с его стихотворениями стоят и ждут своего зрителя.

- У вас есть интеллектуальный клуб Ауэзхана Кодара, который работает при Национальной библиотеке. Расскажите о работе клуба, какие мероприятия вы проводите?

- Да, у нас есть интеллектуальный клуб, который работает при Национальной библиотеке, но, так как сейчас карантин и больше 10 человек собираться нельзя, мы сейчас пока не работаем в таком формате, как работали раньше. Мы не организовываем такие большие, массовые мероприятия. Но, в планах конечно есть. Есть идея собирать людей по общим интересам, то есть сделать такую площадку для дискуссий, для историков одну площадку, для поэтов и прозаиков другую площадку, для людей, которые связаны с современным искусством, с живописью, с digital art-ом третью площадку, для людей связанных с какими-то политологическими темами другую площадку. Мы хотим собирать своих авторов по их направлениям и так же делать какие-то бенефисы и творческие вечера своим молодым авторам, но, не только молодым. Я имею в виду авторов, которые публикуют у нас свои литературные произведения. Поэтому, в планах, конечно, все это есть и теперь я думаю, что это все переходит на новый онлайн формат. Потому что, этот формат позволяет собрать гораздо большее количество людей, чем аналоговые способы. Но, это, конечно, не значит, что наше сотрудничество прекратилось, наоборот, теперь мы можем совместно с библиотекой организовывать все это в онлайн формате.

- Как вы находите авторов, особенно зарубежных или авторы сами выходят на вас? Как проводится отбор произведении?

- Авторы находят нас сами в последнее время, так, например, было с Нестором Пилявским, который искал для своей диссертации материалы про шаманизм и нашел их у нас на сайте. И ему настолько понравилось качество статей, что он написал мне сам Вконтакте и предложил сотрудничество. До сих пор мы очень успешно с ним сотрудничаем. В последнем номере есть его статья про феномен «Айналайын». Сейчас на сайте появилась кнопочка, чтобы можно было отправить свои работы. Обычно мне присылают работы на мой email или email журнала. Также, это бывает через Facebook, когда кто-то видит, что мы собираем журнал, они мне пишут и говорят: «Вот, у меня есть как раз на эту тему какие-то идеи». Но, также у нашего журнала есть такой основной костяк, который часто и постоянно пишет для нашего журнала. Это – философы, художники, искусствоведы. И мы к ним обращаемся на постоянной основе и берем материалы у них. Это, например, Гания Чагатева, Зитта Султанбаева, Галия Хамзеевна Мямешева и многие другие люди. Также мы знакомимся на разных мероприятиях, например, на литературном фестивале я для себя открыла очень много новых авторов, которые сейчас активно пишут. И мне было интересно их творчество и после фестиваля кто-то из них писал мне сам, а кому-то писала я. Так у нас произошел какой-то обмен.

Отбор произведений проводится по теме или по принадлежности тому или иному жанру. Все зависит от того, как мы строим концепцию журнала. Если мы ее собираем по жанрам, то мы берем то, что касается какого-то жанра, например, символизм, постмодернизм и так далее. Если мы собираем журнал по теме, в этот раз у нас было по теме, мы собирали все на тему свободы, тогда мы отбираем то, что созвучно этой теме и то, что как-то с какой-то новой стороны ее открывает. То есть, очень важно, чтобы с какой-то стороны эти произведения были взаимосвязаны, но, и в какой-то степени, очень важно, чтобы они различались, чтобы они открывали новый аспект этого понятия.

- Давайте, теперь поговорим о вашем творчестве. Вы пишете стихи, статьи... У Вас, должно быть, очень жёсткий график. Но Муза ведь графиков не признаёт! Если она появляется, не можете ведь Вы попросить её повременить? Поделитесь, как Вы выходите из положения.

- Что касается творчества, на самом деле у меня не жесткий график. Я – человек, который принадлежит сам себе, потому что я фрилансер. Работаю сама на себя и поэтому я делаю все, что я хочу. По настроению пишу то музыку, то стихи, то какие-то эссе, размышления. Также я работаю нумерологом и у меня есть блог о нумерологии. И в этом блоге я тоже очень часто делюсь не только нумерологическими вещами. Могу поделиться своим творчеством, могу поиграть на фортепьяно, могу прочитать какие-то стихи или написать эти стихи. Могу поделиться какими-то озарениями со своими читателями и поэтому у меня есть такая аудитория. И я, честно говоря, постоянно нахожусь в каком-то творческом процессе. Я постоянно как-то пишу и облекаю этот мир в какие-то формы, какие-то именно звуковые формы, то словесные, то формы нот.

Моя муза она, конечно, такая интересная барышня. Иногда она приходит, когда я вообще за рулем или когда что-то убираю и очень занята какой-то ручной работой. И тогда я просто беру телефон либо надиктовываю туда, либо пишу какую-то концепцию, эскиз или основную мысль. Потом мне приходится завершить процесс, которым я занималась если его нельзя прервать, например, вождение нельзя прерывать. Но, если, конечно, процесс прерывать можно, я всегда его прерываю, иду и пишу, иду за своим потоком. У меня такое было всегда с детства, если я ела за столом, я могла извиниться, встать и уйти если ко мне приходила муза. Поэтому я за ней всегда следую, потому что надо ее уважать, надо уважать этот шепот, который приходит к нам временами и эти озарения. Потому что, это приходит не каждую секунду, это в нас как-то созревает и надо просто брать ручку, бумагу и записывать. Поэтому, я стараюсь всегда это записывать. Но, вообще я бы не сказала, что у меня тяжелая жизнь, что я живу в каком-то тяжелом, жестком графике. У меня такого уже давно нет, я уже давно не преподаю. Когда я преподавала, график действительно был жесткий, но, даже тогда моя душа все равно вырывалась моментами в какие-то стихотворения и не могла молчать. Поэтому сейчас наоборот жизнь стала гораздо легче. Я принадлежу сама себе, сама регулирую свое время, своих клиентов, авторов, журнал. Все это делает как-то так, что я могу найти время для творчества и творчество само тоже находит меня, настигает и уже от него никуда не отвертишься и все равно пишешь, или думаешь по крайней мере, строишь какие-то воздушные замки в своей голове, образы, поэтому, это никуда не уходит.

- Что вы могли бы посоветовать почитать или посмотреть нашим читателям, которые хотят побольше узнать о работе журналов, о культуре и литературе?

Конечно, я бы могла посоветовать почитать наши журналы, прежде всего, наши ранние выпуски, поздние выпуски. Переходите на наш сайт у нас очень много доступного материала. Сначала мы думали закрыть половину журнала или какую-то часть, мы еще думали оставить только три последних выпуска доступными. Но, потом решили, что будет неправильно таким образом монетизировать журнал, и по отношению к авторам, и по отношению к читателям. И решили, что мы сделаем журнал доступным полностью с первого номера по последний чтобы люди могли найти любой жанр, любую статью, все что было опубликовано, чтобы было доступно. Поэтому, конечно, чтобы понять историю нашего журнала надо просто попробовать прочитать, хотя бы десять его разных выпусков и тогда все станет кристально ясно. Также есть новые литературные издания как «Лиterraтура», как «Дактиль», где публикуют современных авторов. Но, это конечно зависит от того, что читатель ищет. Если читатель ищет что-то современное и казахстанское, то надо читать современные казахстанские журналы, которые все это производят. Если читатель ищет что-то более классическое, то надо конечно обращаться к классике и читать просто книги, а не журналы. Можно также читать и современных авторов. Это зависит от того, что читателю самому интересно. Если интересна классика, то она тоже бывает разная. Русская классика, французская классика, испанская, итальянская, американская. Я думаю, чтобы все это познать, лучше всего идти в литературную школу, где об этом преподают лекции, где есть целые лекции по теории литературы, по истории литературы, где как раз рассказывают все, от Гомера до Виктора Пелевина. Если современным людям интересно, то можно ходить в «Открытую литературную школу» в качестве вольнослушателей и хотя бы слушать эти лекции. Также уже скоро можно будет переходить на наш сайт и получать какие-то лекции, потому что работа в этом направлении тоже идет.

- Большое вам спасибо за интервью! Процветания и творческих успехов Вам!


Подписывайтесь на наш Telegram-канал. Будьте вместе с нами!


Для копирования и публикации материалов необходимо письменное либо устное разрешение редакции или автора. Гиперссылка на портал Adebiportal.kz обязательна. Все права защищены Законом РК «Об авторском праве и смежных правах». adebiportal@gmail.com 8(7172) 57 60 13 (вн - 1060)

Мнение автора статьи не выражает мнение редакции.