Сегодня день рождения у
Никто не пишет литературу для гордости, она рождается от характера, она также выполняет потребности нации...
Ахмет Байтурсынов
Главная
Литературный процесс
Личное измерение
Ольга Борисовна верила в своих учеников и в их тал...

20.02.2023 3343

Ольга Борисовна верила в своих учеников и в их талант 14+

Ольга Борисовна верила в своих учеников и в их талант - adebiportal.kz

Наверное, и у вас есть такой человек, без которого вы не можете себе представить казахскую литературу. Однозначно, таких авторов очень много, и каждый из них внес свой вклад в развитие казахской литературы и культуры, и их произведения до сих пор продолжают вдохновлять и восхищать читателей. 

А если будет идти речь о русскоязычной казахской литературе, то кого бы вы назвали? Ведь русскоязычная казахская литература представляет собой уникальный культурный феномен, отражающий различные аспекты жизни и истории Казахстана, его многоликую культуру и традиции. Поэтому, мне на ум приходит имя Ольги Борисовны Марковой. Ведь именно она создала новую литературную волну в русскоязычной казахской литературе. Ее учениками были: Марат Исенов, Ербол Жумагулов, Михаил Земсков, Ксения Рогожникова, Анна Рогожникова, Айгерим Тажи, Илья Одегов, Роман Туранов, Александр Варский, Эльмира Какабаева, Дина Махметова, Павел Банников, Светлана Захаренкова, Тимур Исалиев, Макс Величко, Расул Шбинтаев, Антонина Власова, Тигран Туниянц, Вера Феликс, Оксана Красина, Ольга Передеро, Жулдыз Алматбаева, Венера Жаналина, Елена Тикунова, Мерей Исмаилова. Я уверена, что нескольких авторов из данного списка вы точно знаете. И это, конечно, не полный список. 

Ольга Маркова – литературовед, искусствовед, критик, писатель, президент Общественного фонда развития культуры и гуманитарных наук «Мусагет», являлась лауреатом международной литературной премии «Сорос-Казахстан», создателем единственного на тот момент в Казахстане литературного семинара по писательскому мастерству. В самые первые (и наиболее тяжелые) годы независимости она сама изыскивала средства на издание негосударственного литературно-художественного журнала "Аполлинарий". 

В прошлом году мне подарили две книги Ольги Борисовны. В книге "Зима и Лето" представлены различные герои и сюжеты, но все они объединены общей темой. Каждый рассказ является самодостаточным и интересным произведением, но вместе они создают полную картину жизни, и не зря эту книгу назвали «Зима и Лето». Как говорится в аннотации данной книги: «В жизни нет главных и второстепенных героев. Каждый герой – главный. Линии жизни пересекаются, спутываются в клубок, распутываются и бегут дальше. Пристально вглядываясь в окружающий мир, раскладывая его на мельчайшие детали, автор неуклонно следует психологической истине и обнажат внутренние связи там, где мы, к сожалению разучились их видеть». Мне кажется, эти строки лучше других слов передают смысл ее произведении. Книга «Зима и Лето» стала хорошим образцом современной русскоязычной казахской литературы. Она написана ярким и образным языком, который помогает автору передать эмоции и настроение героев. 

В этом году Ольге Борисовне исполнилось бы 60 лет. К сожалению, она ушла из жизни слишком рано, 5 декабря 2008 года. Ей было 44 года, а через 11 дней исполнилось бы 45 лет. Тем не менее, Ольга Марк оставила яркий след в литературе и культурной жизни Казахстана. Ее жизненный путь и творчество являются примером не только для поколения ее сверстников, но и для молодых людей, которые могут увидеть в ней наставника и вдохновительницу. И сегодня мы хотим опубликовать воспоминания тех людей, для кого она была больше, чем наставник. Я уверена, что, прочитав эти воспоминания вы узнаете Ольгу Борисовну намного ближе…

 

Михаил Земсков

Мне трудно представить, какой была бы современная русскоязычная литература Казахстана без Ольги Борисовны Марковой – так как абсолютное большинство имен в ней тем или иным способом, напрямую или опосредовано, связано либо с ней лично, либо с деятельностью созданного ею фонда «Мусагет» или позже - «Открытой литературной школы Алматы», продолжившей дело фонда. Так же трудно мне представить и себя, как автора, именно в том виде, в котором я сформировался и существую. У Ольги Борисовны я учился редактированию своих текстов, определенным стилистическим приемам, на ее лекциях фактически прошел краткий курс филологии, во многом благодаря ее рекомендациям и спискам «для обязательного чтения» формировались мои литературные вкусы.

Я познакомился с ней в середине 1990-х годов – в довольно тяжелое и какое-то не слишком радостное время. Казалось, что все вокруг заняты экономическими проблемами и собственным выживанием. Небольшая квартира, с бесконечными полками и стопками книг от пола до потолка, самодельный газетный разворот с рассказами и стихами - первый номер «Аполлинария», и вообще занятия литературой в целом в то время – создавали ощущение совершенного эскапизма от серых будней. Но через несколько лет «Аполлинарий» станет полноценным литературным журналом с цветной обложкой – и при том одним из наиболее актуальных и интересных в Казахстане, представляющим «новую волну русскоязычной литературы» - которая сформировалась также благодаря Ольге Марковой, литературным мастер-классам и различным мероприятиям фонда «Мусагет». 

Фонд «Мусагет» был создан в 1997-м году и проработал до смерти Ольги Борисовны в 2008-м году. За эти 11 лет было сделано очень много: выпущено около 20 литературных «Мастер-классов» - алматинских и региональных, в которых участвовали авторы из других регионов Казахстана, издано более 15 книг, создан литературный портал «Мусагет» и сайт поэтического конкурса «Магия твердых форм и свободы», запущена виртуальная галерея произведений казахстанских художников, проведено неисчислимое количество творческих встреч, семинаров, филологических бесед, и все эти 11 лет регулярно выходил литературный журнал «Аполлинарий». Все это было создано не только благодаря удивительной работоспособности Ольги Марковой, но и ее дружелюбию, радушию, вниманию к окружающим, и в результате - способности привлекать и объединять вокруг себя множество единомышленников и энтузиастов. Почти всегда, когда я приходил в фонд «Мусагет» - встречал там волонтеров, сотрудников фонда, каких-то гостей – дружелюбную и интересную компанию. При этом всегда царила доброжелательная и деятельная атмосфера. Решались какие-то творческие вопросы, обсуждались ближайшие мероприятия, тексты ближайшего номера «Аполлинария», какие-то книги и произведения. Эта атмосфера и привлекала в фонд самых разных людей, иногда даже не связанных с литературой и искусством. 

Больше всего меня всегда поражала удивительная работоспособность Ольги Борисовны. Помню, она не раз говорила мне: «Можете звонить до глубокой ночи – я все равно работаю», рассказывала о том, как ей звонили авторы и в час, и в два ночи, и она часами обсуждала с ними редактуру их произведений для публикации в журнале. А с утра ей уже нужно было вести дела в Фонде. И кроме этого – преподавать и работать над собственными произведениями. Некий парадокс – но эта ее сила, выносливость и работоспособность ощущались даже на физическом уровне, несмотря на хрупкость ее небольшой фигуры и инвалидность. 

Главными личными качествами Ольги Борисовны, которые остались неразрывно связаны с ее образом, сохранившимся в моей памяти, были интеллигентность, тактичность и мягкая ироничность, проявлявшаяся и в том, что говорилось, и иногда даже больше - в том, что оставалось недосказанным, но проявлялось в загадочной улыбке и искрящемся взгляде из-за очков с толстыми стеклами. Кажется, эти качества были неизменны в любой ситуации – от дружеских посиделок до важных встреч с официальными органами или общения с какими-нибудь не совсем адекватными личностями, обращавшимися в фонд или в редакцию «Мусагета» со странными вопросами или претензиями (такое тоже случалось). Такой Ольга Борисовна осталась и на большинстве фотографий – с мягкой улыбкой, живым искрящимся взглядом из-за стекол очков. 

***

Ксения Рогожникова

Ольга Борисовна верила в своих учеников и в их талант, и вселяла эту веру ученикам. Она видела в окружавших её студентах - поэтов и прозаиков, даже если сами студенты и не осмеливались мнить себя кем-то большими, чем просто любителями литературы, случайно попавшими в Общественный фонд «Мусагет». 

Помню один автограф, которым Ольга Борисовна подписала мне "Аполлинарий", где были её рассказы и мои первые стихи: "Хорошему вину, через время, если есть такое зыбкое понятие". Я возвращалась из «Мусагета» домой, ливень лупил по лужам, я разглядывала пузыри, текущие по асфальту и у меня внутри всё тоже бурлило и клокотало. "Хорошему вину" – я боялась даже поверить в то, что эти строки были написаны мне.

Помню тёплые посиделки в небольшой квартире на углу улиц Абая-Софьи Ковалевской, где «мусагетовцы» встречались по любому поводу - будь то презентация очередного номера «Аполлинария» или какой-нибудь семинар с чтением домашних заданий - Ольга Борисовна называла эти встречи "филологическими беседами". Непременные чай и печенье на столе, Лидия Петровна, мама Ольги Борисовны - с фотоаппаратом, скромный Борис Федорович, её папа, который тоже был где-то рядом. И Ольга Борисовна - восседающая в центре стола - с каштановыми вьющимися волосами, смеющимися глазами за толстыми линзами очков - хрупкая и в то же время сильная, говорящая загадками, которые будут разгаданы порой только через годы.

Помню самую первую встречу - когда в семнадцать лет я пришла на вводное занятие третьего набора "мастер-класса" в 2000 году - и сидела за этим столом впервые, растерянно улыбаясь. Ольга Борисовна часто останавливала на мне взгляд во время этого занятия, а потом сказала на прощание: «ваша улыбка мне так кого-то напоминает». 

Позже, уже через несколько встреч, она добавила: "я дала ваш номер телефона человеку, который нарисовал ваш портрет. Он улыбается так же, как и вы". Так я познакомилась с писателем Михаилом Земсковым, моим будущим супругом. Ольге Борисовне я обязана не только тем, что я пишу, не только моими книгами, но и моей семьёй.

Ольга Борисовна с радостью приняла новость о том, что я еду учиться в Москву, в Литературный институт, в 2007 году. Но, к сожалению, в 2009, когда мы с Михаилом и нашим первым сыном - Владиславом - были еще в Москве, она умерла. Помню церковь в Ясенево, куда я прибежала, чтобы поставить свечи, свое смятение и неверие в эту обжигающую холодом новость. 

Мы не были на похоронах, но вернувшись в Алматы, ощутили пустоту, литературный вакуум города. И тогда, собравшись горсткой энтузиастов, которых возглавил Михаил – Диной Махметовой, Еленой Клепиковой, Еленой Радосновой, Пашей Банниковым, Ильёй Одеговым, Юрием Серебрянским - стали делать Открытую литературную школу Алматы, которая позже, когда мы зарегистрировались юридически, стала называться "Открытой литературной школой имени Ольги Борисовны Марковой". 

В 2022 при поддержке компании Шеврон и Консульства США в Алматы – появилась литературная премия «Каламдас» имени Ольги Марковой.

И строки газетной статьи, которую написал один из «мусагетовцев» Максим Величко: «Ольга Борисовна создала то, что оказалось не под силу могущественному министерству культуры Казахстана, — новую литературную волну. Казахстанские писатели, поэты, журналисты, критики, редакторы, драматурги — своими достижениями во многом обязаны той вере в себя, которая была заложена в них стараниями Ольги Борисовны» - вспоминаются мне и сейчас, спустя годы после того, как эта статья была опубликована. 

***

Дина Махметова

Ещё до официального знакомства я общалась с Ольгой Борисовной по телефону. Если не ошибаюсь, это был 1999 год, когда "Мусагет" набирал слушателей на первый семинар писательского мастерства. Я позвонила, чтобы уточнить, на какую тему можно присылать тексты, и звонкий девичий голос ответил, что писать можно хоть про Древний Рим. Так как голос казался очень молодым, я подумала, что общалась с координатором. Каково же было моё удивление, когда, увидев Ольгу Борисовну, я по голосу узнала её. В Ольге Борисовне было что-то юное, что-то романтическое - она носила платья из легких летних тканей - шелка, шифона, изящные бархатные туфли, у неё был веер. По вечерам они с мамой гуляли вдоль озера Сайран, и, когда я работала в "Мусагете", я часто видела их по пути домой, и это привносило в обычный микровский пейзаж какую-то нотку уюта. 

В первый набор писательского семинара я не попала - не прошла по конкурсу, представив, как я сейчас понимаю, достаточно сырой и малособытийный рассказ. Но через четыре года, в 2003 году, меня взяли с моими пьесами. К этому моменту я успела окончить Академию искусств по театральной критике и то, как писать драматургические произведения, уже примерно понимала, так что чувствовала себя в писательской среде уже более комфортно - не совсем новичком. В "Мусагете" я впервые в жизни попала в настоящую творческую среду, где у всех бурлили идеи и, заразившись этим энтузиазмом и азартом, очень хотелось писать. Помню, что молодые писатели готовы были говорить о литературе сутки напролет. Когда проводили семинары для писателей из регионов Казахстана, то в гостинице, где они жили, всю неделю ночевали гости-алматинцы. Один мой знакомый даже гордился тем, что потерял в этой веселой писательской кутерьме паспорт. 

Своих самых близких друзей я тоже встретила в "Мусагете" - в марте 2023 года будет ровно двадцать лет моей дружбе с Максимом Величко, который сейчас живет в России. Из писательской группы, в которой я училась, вышли очень яркий поэт Алексей Швабауэр и замечательная поэтесса и детская писательница Виктория Прохоренко. С ребятами из нашего мастер-класса мы до сих пор переписываемся в соцсетях, а после окончания часто встречались и ходили в кафе, в театр, ездили ко мне на дачу. Последний раз мы виделись вживую в 2016 году, когда одна девушка, переехавшая в Чехию, приезжала ненадолго в город. Наш мастер-класс был дружным, и, насколько мне известно, мы были не исключением - обстановка в "Мусагете" располагала к открытости и общению. 

Из "Мусагета" вышел костяк организаторов и преподавателей Открытой литературной школы Алматы - Михаил Земсков, Ксения Рогожникова, Елена Радоснова, Елена Клепикова, Любовь Феликсовна Туниянц, Тигран Туниянц, Юрий Серебрянский, Илья Одегов, Оксана Трутнева, Иван Полторацкий. Ольга Борисовна научила нас не только основам писательского мастерства, но и серьёзному отношению к делу. Она была замечательным педагогом, чувствующим, в каком направлении лучше развиваться ее ученикам. По первым, еще недостаточно профессиональным текстам авторов, она считывала сюжетное мышление, умение выстраивать драматургическую форму, способность писать рифмованные стихи, ритмическую прозу или верлибры. 

В "Мусагете" издавался журнал "Аполлинарий", и это стимулировало писать, потому что это была реальная возможность опубликоваться. Была и книжная серия, в которой были изданы поэтические книги Тиграна Туниянца, Марата Исенова, Ксении Рогожниковой, Евгения Барабанщикова, проза Анны Рогожниковой, Максима Величко, Елены Терских и ряда других авторов. Регулярно проходили филологические беседы на самые разные темы и тематические вечера - мне особенно нравились вечера святочных историй, когда читали при свечах, и была особая, праздничная и немного мистическая атмосфера. Эти вечера помогал организовывать давний друг фонда "Мусагет", самобытный писатель-фантаст Роман Туранов. К сожалению, он рано ушёл из жизни, пережив Ольгу Борисовну всего на несколько лет. 

Помню еще своеобразные поэтические состязания, когда все участники разбивались по парам и потом месяцами писали друг другу танка и хокку. Одним из моих партнеров был поэт и писатель Владимир Бобов, который каждый раз присылал мне поэтическое послание, так сказать, на новом носителе - на каком-нибудь другом виде бумаги. Мне больше всего запомнились его стихи на кусочке обоев, который он свернул в трубочку и скрепил лентой, к которой привязал конфету "Барбарис", пояснив, что по японской традиции надо было дополнить послание полудрагоценным камнем, например яшмой. Мне так нравилась эта поэтическая игра, что я старалась и писала стихи, чего раньше никогда не делала. Некоторые из своих стихотворений и сейчас помню:

Ветвисты тени

И ломки звуки

В ночи.

Сон сновидений

Течет в воронку свечи

Густым медовым клеем.

А этим стихотворением мне нравилось смущать мужчин-писателей, потому что…

А стеклодув любил стекломера

А стекломер любил стеклореза

А стеклорез любил стекловоза

А стекловоз стекольщика.

 

Слушатели охотно смеялись.

Написать больше одной строфы мне обычно не удавалось - не хватало не то внимания, не то интереса, не то таланта, так что поэта из меня не получилось. Но любовь к выстраиванию сюжета осталась, и сейчас я не только пишу (больше для себя), но и преподаю сценарное и драматургическое мастерство в Литшколе. В том, что я состоялась как автор и как преподаватель, я многим обязана Ольге Борисовне. Я очень ей благодарна, что она поверила в меня тогда, когда я сама в себе не была уверена. 

 


Подписывайтесь на наш Telegram-канал. Будьте вместе с нами!


Для копирования и публикации материалов необходимо письменное либо устное разрешение редакции или автора. Гиперссылка на портал Adebiportal.kz обязательна. Все права защищены Законом РК «Об авторском праве и смежных правах». adebiportal@gmail.com 8(7172) 57 60 14 (вн - 1060)

Мнение автора статьи не выражает мнение редакции.