Встречи студентов с писателями важны не только как часть учебного процесса. В такие моменты литература перестает быть просто текстом в учебнике, именем в программе или темой для анализа. Она становится живым разговором, в котором слышен голос автора, его сомнения, память, опыт, боль, радость и ответственность перед словом.
Для будущих филологов, журналистов, исследователей, учителей такие встречи имеют особое значение. Именно здесь формируется не только профессиональный интерес, но и внутреннее отношение к литературе. Студент начинает понимать, что за каждым произведением стоит судьба, за каждым героем - пережитое чувство, за каждой строкой - труд, поиск и духовная честность. Такие разговоры воспитывают вкус, расширяют взгляд и помогают молодому поколению почувствовать связь с национальной культурой глубже, чем это возможно только через лекции и книги.
Организатором встречи выступила Макпал Социалкызы Оразбек. Именно по ее инициативе студенты получили возможность встретиться с Розой Мукановой в стенах Евразийского национального университета. В ее вступительном слове прозвучала не только информация о творческом пути писателя, но и особое уважение к литературе, к университетской традиции, к тем ученым и наставникам, которые стояли у истоков кафедры казахской литературы.
Ведущим встречи был студент Мухамедали Абдуллаев. Его вопросы отличались подготовленностью, литературным вкусом и глубоким пониманием творческого пути Розы Мукановой. Он сумел выстроить беседу не как формальное интервью, а как живой диалог между писателем и молодым поколением. В его словах чувствовалось уважение к казахской литературе, к преемственности поколений и к самому понятию художественного слова.
На встрече также присутствовали заведующая кафедрой казахской литературы Гульназ Сагынадинкызы, декан филологического факультета, поэт Серикзат Максутулы, преподаватели и студенты первого курса образовательной программы «Казахский язык и литература». Студенты не только задавали вопросы, но и читали посвящения, авторские стихи, отрывки из произведений Розы Мукановой. Это придало встрече особую атмосферу - атмосферу открытого разговора, уважения к писателю и искренней любви к литературе.
На встречу с писателем-драматургом Розой Мукановой я пошла не как случайный слушатель. Мне было важно увидеть, как современная молодежь слышит писателя, какие вопросы задает, какие смыслы ищет в ее прозе и драматургии. Во время беседы стало ясно, что этот разговор не должен остаться только в пределах университетской аудитории. В нем прозвучало много мыслей о слове, литературе, чистоте души, природе таланта, ответственности писателя и будущем молодых людей, которые только начинают свой путь в гуманитарной среде.
Именно поэтому я решила подготовить этот материал к публикации. Мне хотелось сохранить не только ответы Розы Мукановой, но и атмосферу самой встречи: уважение студентов, их искренний интерес, живую интонацию вопросов, теплую энергию аудитории. Такие встречи важны для будущего наших поколений, потому что они передают главное - любовь к слову, уважение к культуре и веру в силу литературы.
Текст беседы был переведен на русский язык для того, чтобы этот разговор стал доступен более широкой аудитории. Речь не идет о замене оригинала, казахское слово, его интонация и глубина остаются основой этой встречи. Но русский перевод позволяет прочитать и услышать мысли писателя тем читателям, студентам, исследователям и любителям литературы, которые хотят ближе познакомиться с творчеством Розы Мукановой и с той духовной средой, в которой сегодня растет новое поколение филологов.
Макпал Социалкызы Оразбек:
Сегодня наш почетный гость – писатель, драматург, лауреат Государственной премии Республики Казахстан, заслуженный деятель Республики Казахстан, лауреат международной литературной премии «Алаш», лауреат международной премии имени Франца Кафки, обладатель ордена «Құрмет» Роза Муканова.
С творчеством Розы апай вы знакомы еще со школьных лет. Рассказ «Мәңгілік бала бейне» вы читали по школьной программе, и, конечно, знакомы с другими ее произведениями. Сегодня, по вашему желанию и по вашим просьбам, мы пригласили писателя к вам от имени Евразийского национального университета.
Если у вас есть вопросы, мнения, которыми вы хотите поделиться, или отрывки из ее художественных произведений, которые вы хотели бы прочитать, сегодня именно тот день, когда можно свободно поговорить и обменяться мыслями.
В 1996 году был основан наш университет, совсем недавно мы отметили его тридцатилетний юбилей. С первых лет в нашем университете работали известные в стране крупные ученые, лауреаты Государственной премии. Основателем кафедры был доктор филологических наук, академик Рымгали Нургали. На протяжении многих лет он возглавлял кафедру казахской литературы. Затем эту работу продолжил лауреат Государственной премии, доктор филологических наук, академик Сеит Аскарович Каскабасов. После него дело продолжили его ученики.
Сегодня среди нас находится докторант Сеит ага, его ученица, слушавшая его лекции, заведующая кафедрой казахской литературы Гульназ Сагынадинкызы. Поэтому первое слово передадим вашей Гульназ апай.
Гульназ Сагынадинкызы:
Добрый день, дорогие студенты, наши любимые ученики. Сегодня в этом большом зале перед нами собрались студенты первого курса образовательной программы «Казахский язык и литература». Очень радует, что вы все собрались здесь, в таком большом зале.
Нас искренне радует, что из года в год количество студентов увеличивается, что вы проявляете интерес и приходите в нашу среду. Эта практика имеет особое значение. Это ознакомительная практика, и она организована как начало, как первый шаг к вашим будущим основным профессиональным дисциплинам.
Здесь вы познакомитесь со многими вопросами, связанными с образованием, наукой, творчеством, культурой и в целом с духовной жизнью нации. Вы не просто узнаете о них, но и на практике соприкоснетесь с этой средой, научитесь воспринимать, осмысливать и обобщать полученный опыт.
Сегодняшняя встреча имеет особое значение. Как уже было сказано выше, для вас запланированы встречи не только по линии образования и науки, но и с крупными личностями, которые внесли большой вклад в национальную духовность, культуру и литературу, с людьми, имеющими свое особое место. Одна из таких значимых встреч – сегодняшняя встреча с Розой апай.
Поэтому мы говорим ей добро пожаловать! Благодарим вас за то, что приняли наше приглашение и нашли время в своем плотном графике.
Не будем затягивать. Дорогие студенты, желаю вам только успехов. Думаю, что с сегодняшней встречи вы уйдете с большим духовным и жизненным уроком. Спасибо.
Макпал Социалкызы Оразбек:
Среди наших студентов есть поэты, есть писатели, которые уже успели стать известными в народе. Один из них - Ерасыл, который сидит перед нами. Сегодня пусть Ерасыл прочитает Розе апай свое посвящение.
Ерасыл:
Ұстап ап домбырамды жезден берген,
Бәріне сөз айтайын сөзбен мерген.
Біздің ЕНУ ерекше оқу орда,
Кездесу жасамайтын кез келгенмен
Кітабыңызды бұрын оқушы едім,
Қазір де оқиын деп іздеп жүргем.
Бұрын сізді кітаптан көруші едік,
Жан едік іздеп жүрген, сіз деп жүрген.
Апырай, мына бізде арман бар ма,
Кітаптағы тұлғаны көзбен көрген.
Кітапқа сусап өскен жанбысыңдар,
Апайды көргеннен соң таңбысыңдар
Осында уақыттарын қиып келген
Барлық студенттерге алғысым бар.
Апайдың атақтары жазылып тұр,
Секілді құзар биік, қарлы шыңдар.
Бұл кешті көргендердің арманы жоқ,
Арманы жоқ адамдар, армысыңдар?!
Мухамедали Абдуллаев:
Перед нами сидят два наших наставника, две большие личности, которых по праву можно назвать гордостью Востока. Думаю, теперь настал момент перейти к содержательному слову, которое найдет отклик у каждого из нас.
Роза апай, здравствуйте! Прежде всего хочу выразить вам большую благодарность за то, что вы согласились прийти к нам и уделили для этой встречи свое время.
В двадцатые годы двадцатого века самым большим поэтом, самым крупным мастером слова в казахской литературе, возможно, был Магжан Жумабаев. У Магжана есть всего одна строка: «Толқынды толқын қуады, толқыннан толқын туады». Наверное, это одни из самых удивительных строк, которые передают саму суть жизни.
В шестидесятые годы в казахскую литературу пришло большое поколение. Среди них был и наш аксакал Аким Тарази, были Мухтар Магауин, Абиш Кекилбай, Кабдеш Жумадилов, Аскар Сулейменов. Вслед за этой волной, в восьмидесятые и девяностые годы, в казахскую литературу пришло новое поколение, тосковавшее по дыханию независимости. И в этом поколении должны были появиться крупные писатели. Но распался Союз, время стало тревожным и нестабильным, и из-за этого у многих писателей сузилось поле возможностей.
И все же среди них были немногие зрелые личности, которые смогли оправдать высокие ожидания казахской литературы и повести за собой казахское слово. И одна из тех, о ком можно говорить с полным правом и уважением, одна из крупнейших фигур, пришедших в казахскую литературу в восьмидесятые и девяностые годы - это Роза апай.
Роза апай, мы знаем вас как драматурга, знаем вас как писателя. Но внутри любого автора, наверное, есть склонность к какому-то одному направлению, внутреннее предпочтение. Кем внутренний художник в вас больше хотел бы, чтобы вас называли: драматургом или писателем?
Роза Муканова:
Сегодня я с радостью приняла возможность встретиться с вами. Когда передо мной сидит новая волна, казахские девушки и юноши, такие как вы, те, кто в будущем будет пропагандировать литературу, с такими светлыми лицами и открытыми взглядами, я тоже чувствую большую радость. После приглашения вашей Макпал апай, после ее слов о том, что она хочет познакомить меня со своими студентами, я посчитала своим долгом прийти и не оставить без ответа слово вашего учителя.
Рада нашей встрече. Сегодня в стенах этого большого университета мы поговорим с вами о литературе, о творчестве.
Прежде всего – слово. Рождение слова из души, выход слова из самой глубины человеческой души. Слово обладает силой. Слово может заставить плакать, может рассмешить, может погрузить в печаль. Наверное, еще в детстве я заболела силой слова, его священным смыслом. Наверное, я умела слышать слово, по-казахски говоря, прислушивалась к рассказам старших и глубоко погружалась в них. Меня воспитало казахское слово. Казахское слово не бывает легковесным, оно наполнено мыслью.
Биографии, автобиографии людей моего поколения, которые жили в советскую эпоху, очень похожи друг на друга. Мы жили по одному стандарту. Ходили в детский сад, затем в школу, поступали в университет, были октябрятами, были комсомольцами. Все было очень похоже. Но даже в этой схожести у человека бывает особая судьба - это страсть к литературе.
И школа тогда была совсем не такой, как сейчас. Казахские школы, как правило, строили за пределами аула, далеко, а русские школы располагались в центре города, в удобных местах, куда можно было быстро дойти, где зимой не мерзли в буран. А казахские школы, десятилетние казахские школы, специально выбирая место, строили где-нибудь далеко, на окраине. Мы ходили туда пешком.
Именно поэтому многие родители отдавали своих детей в русские школы. Мои родители отдали меня в казахскую школу. Но ведь страшно, когда совсем маленькая четырнадцатилетняя девочка идет пешком с одного конца аула на другой. Тогда не было таких ярких электрических фонарей, как сейчас. Мы проходили между скотными дворами, слышали, как животные пережевывают жвачку, и шли дальше.
У ребенка воображение бывает очень быстрым и живым. Я шла с тревогой и думала: вдруг передо мной появится албасты, вдруг что-то пойдет за мной следом. С такими мыслями, со страхом я добиралась до казахской школы на окраине города. Но пока шла, я разговаривала с героями художественных произведений, которые читала. Поэтому я не боялась. Вокруг было темно, на улице холодно. Я смотрела на яркую луну, и когда смотрела на нее, весь мой страх уходил. То я видела в луне образ девушки, то образ батыра. Я рассказывала луне о своих мечтах, улыбалась ей. Так, обманывая саму себя и отвлекаясь от страха, я доходила до школы на окраине города. К тому времени на веках, ресницах и бровях уже застывал лед.
Прежде всего мы росли, заучивая стихи нашего великого Абая. Потом мы росли, читая произведения Мухтара Ауэзова, который открыл Абая казахскому народу. А когда возвращалась из школы, впереди снова был длинный путь, и я опять разговаривала сама с собой. То создавала в своем воображении образ Кебека из «Енлик-Кебек» Мухтара Ауэзова, то сама становилась Енлик, то превращалась в пастуха, которому было жаль отдавать Енлик нелюбимому человеку.
Я разделяла печаль Енлик, которая ждала своего возлюбленного, но не смогла соединиться с ним и оказалась в водовороте тяжелой судьбы. У меня была огромная сумка, тяжелая, как камень. В нее я складывала шесть книг, спортивную одежду, спортивную обувь, все несла на себе. Когда доходила до середины дороги и уставала, ставила сумку на землю и начинала произносить монолог Енлик.
Любовь к литературе, любовь к художественному герою помогали мне духовно расти. Они изменили мое сознание, изменили мое восприятие людей и мира вокруг. Одним словом, меня начала воспитывать литература. Поэтому я стала отличаться от своих одноклассников, немного отдаляться от них. Мне стали интересны разговоры взрослых. Я начала взрослеть. Так начался мой первый шаг в литературу.
Мухамедали Абдуллаев:
Значит, наверное, правильнее будет считать вас сначала писателем, а уже потом драматургом? Вы пришли в литературу в девяностые годы. Именно в девяностые вышли ваши первые книги, первые сборники. Вы сами рассказывали: «когда вышла моя первая книга, на первой странице была напечатана моя большая фотография, и мне было так неловко, что хотелось, чтобы ее никто не читал и даже не видел».
Не секрет, что в те девяностые годы многие люди, пришедшие в литературу, в искусство, будь то писатели, композиторы, художники или другие представители творческой среды, оказались почти в нищенском положении. Что стало для людей искусства, пришедших в те годы, самой большой радостью, кроме сожалений и трудностей того времени?
Роза Муканова:
У меня до сих пор есть одна мысль, которая не устарела и не изменилась. Человек, который является писателем, не болеет дешевым желанием быть счастливым, богатым, знаменитым, прославленным. Он устроен иначе. Его восприятие другое, его взгляд на мир другой. Возможно, в этом и заключается его трагедия. Поэтому он находит своего героя. Даже когда он смотрит на людей среди людей, его взгляд отличается от взгляда большинства.
Была такая известная русская писательница Татьяна Толстая. У нее есть одно высказывание: «Писатель смотрит на общество так, словно стоит снаружи аквариума». Он наблюдает со стороны за всей жизнью внутри аквариума, за всем процессом, который там происходит. Значит, он не растворяется в обществе, не уходит в него целиком. Его жизнь не сводится к тому, что сейчас он сядет в троллейбус, потом пообедает, затем пойдет на работу. У него иной образ жизни. Он находит своего героя и сам входит внутрь него.
На эту тему можно привести много примеров. Вы читали великого писателя Толстого. У него есть произведение «Отец Сергий». Над этой повестью он мучился десять лет и никак не мог ее закончить. Одну повесть он писал десять лет. А десять лет – это целая человеческая жизнь. Вот с какими трудностями рождается творчество. Толстой говорил, что ездил в монастырь, слушал рассказ своей сестры. Но даже если писатель берет внешний облик, внешнюю историю, он пропускает все это через себя, опускает внутрь собственного сознания. Затем начинает бороться с самим собой и только потом приходит к решению.
Так и появилось на свет большое, великое произведение «Отец Сергий». Я не буду сейчас пересказывать вам его содержание. Если у вас будет возможность, прочитайте это произведение сами.
Я не говорю, что в каждом произведении присутствует только сам автор. Но в каждом герое обязательно есть сам автор. Когда читаешь дневники Толстого или дневники Чехова, невольно думаешь: вот ведь, он написал самого себя, это же его характер, это его собственная сущность.
А тем, кто изучает литературу, то есть вам, я бы сказала, что нужно читать не только сами произведения. Гораздо интереснее читать о том, как родилось произведение, как автор его создавал, где он нашел своего героя. По крайней мере, для меня это было именно так. В молодости я читала только художественные произведения. Позже мне стало интересно читать биографии этих авторов, их дневники.
Найти героя тоже непросто. Например, человек не становится писателем только потому, что много читает. Если мы скажем: «Он стал писателем, потому что много читал», - мы ошибемся. Писатель рождается с другим сознанием. Он приходит в этот мир другим, от отца и матери, из материнской утробы он появляется с иным взглядом, с иным сознанием.
Например, я сама думаю так: настоящий писатель, настоящий художник рождается, может быть, раз в тридцать лет, может быть, раз в пятьдесят лет. Писателей по самой своей природе не бывает много. Когда я говорю «писатель», я имею в виду художника. Пишущих людей много, журналистов много, певцов много, актеров много. Все они исполнители: исполняют Моцарта, читают Абая, читают Мукагали. Актер создает образ, опираясь на уже написанное.
А тех, кто рождает произведение, мало. Потому что создание произведения приходит от природы. У такого человека другое сознание, другая способность воспринимать мир. Вот, например, если здесь сидит сто человек, Аллах может вложить свет в сознание только одного из них. Одному может подарить поэтический дар, одному – слово. Не всем. Только одному. А может быть, среди них не окажется ни одного такого человека.
Поэтому композитор, художник, писатель – это те, кто рождает произведение. Есть такое слово – творец. Но если я скажу, что творцы рождаются каждый день, это будет неправдой.
Когда-то ваши старшие Саин Муратбеков, Аким Тарази, Калихан Ыскаков, Сакен Жунисов, сидя за разговором, шутили друг с другом:
- Сколько у нас членов Союза писателей?
Кто-то отвечал:
- Семьсот.
А они говорили:
- Семьсот – это слишком много. Наверное, среди этих семисот есть всего семь настоящих писателей. Может быть, один из них - мы сами.
Так шутили классики. Я привожу эту мысль как пример. Писатель - это природа. Писатель может даже не знать, что он писатель, но все равно будет писать. Самое прекрасное художественное произведение писателя может так и остаться ненаписанным и уйти вместе с ним. Мне кажется, то, что человек мечтает написать, может так и не быть написано.
Я сама до сих пор не смогла написать того героя, о котором мечтаю, которого хочу создать. До сих пор не смогла вывести его наружу. Появится он или нет, останется ли он со мной и уйдет вместе со мной - я не знаю. Но у меня есть мечта. На вершине моей мечты живет мой герой.
Мухамедали Абдуллаев:
Спасибо, Роза апай. Среди студентов есть ребята, которые хотели бы задать вам свои вопросы. Думаю, сегодняшний разговор для них особенно важен, потому что это редкая возможность услышать живое слово писателя, напрямую обратиться к автору и поделиться своими размышлениями. Поэтому сейчас передадим слово нашим студентам.
Студент:
Здравствуйте, Роза ханым! Прежде всего благодарю вас за то, что нашли время встретиться с нами. Уважаемая Роза апай, тонкий психологизм вашей прозы и ваша особая манера работать со словом по-особенному воздействуют на наши филологические размышления. Я прочитал и изучил несколько ваших рассказов. Среди них особенно близким мне оказался рассказ «Вечер». Хотел бы задать вопрос именно по этому произведению.
В рассказе вершина Хан-Тенгри выступает не просто как исторический пейзаж. Она становится свидетелем любви Наргиза и Сеита, символом высокого чувства. В литературе пространство, как правило, считается одним из средств раскрытия внутреннего мира героя. Можно ли сказать, что неподвижная, застывшая во льду вершина Хан-Тенгри, даже несмотря на стремительное движение времени и то, что герои уже подошли к пятидесятилетнему возрасту, отражает и оледеневшее чувство в их сердцах, превращение одного неосторожного мгновения в вечное воспоминание? Какой художественный смысл вы вложили в образ Хан-Тенгри в этом произведении?
Роза Муканова:
Вы знаете, был такой знаменитый писатель Габриэль Гарсиа Маркес, лауреат Нобелевской премии, автор романа «Сто лет одиночества». Однажды журналисты в присутствии большой аудитории задали ему примерно такой же вопрос. И Маркес тогда сказал: «Разве у меня есть такое произведение? Когда начинают разбирать мои произведения до самых внутренностей и говорить о таких вещах, я сама начинаю задумываться и даже смущаюсь: разве там была такая деталь, разве был такой эпизод?»
Спасибо вам за вопрос. Это произведение я написала в довольно молодом возрасте, примерно в двадцать пять-двадцать семь лет. Сейчас мне уже за шестьдесят. Возможно, я уже не помню всех подробностей, как именно описывала тот ледяной пик. Но сюжет я помню.
Я преподаю студентам. И говорю им: до тридцати лет я писала прозу. Это были мои первые дебюты, мои первые произведения. Затем я полностью ушла в драматургию. Поэтому, когда я говорю студентам: «Прочитайте вот это произведение», я не ограничиваюсь только своими текстами. Я советую им произведения, спектакли, фильмы, сценарии, которые изменили мое сознание, которые мне самой были близки и интересны.
Конечно, студенты обычно начинают со своего преподавателя. Они читают каждого моего героя, задают вопросы, спрашивают о моей творческой лаборатории. Но я не хочу, чтобы они ограничивались только этим. И все же я часто говорю им: у меня тоже был такой период. Когда я перечитываю свои первые рассказы, иногда думаю: «Да, оказывается, у меня был такой рассказ». Иногда я даже забываю имена своих героев. И тогда студенты помогают мне вспомнить.
Это один из моих ранних рассказов. Он о военных годах. О жизни, которую судьба направила в другое русло. Но последнее слово в нем - «прости меня».
Я расскажу вам одну вещь из писательской лаборатории. В молодости мы очень любили Чехова. Читая ранние рассказы Антона Павловича, мы удивлялись: «Неужели он начинал именно так?» Думаешь: значит, первые произведения великого классика тоже были такими. Поэтому первые тексты в литературе нужно воспринимать как дебют.
Когда меняется человек, меняется и его произведение. Меняются требования, которые он предъявляет к своему тексту. Меняется его ответственность как писателя, как драматурга. Она меняется перед обществом, перед читателем. Постоянно меняется. В конце концов человек от многого отказывается. Уходит само письмо.
В самом начале мы говорили о слове. Письмо похоже на священную птицу. Это счастье, которое однажды садится тебе на голову. Но никогда не думай, что оно останется с тобой навсегда. В один день оно может улететь. И ты останешься пустым, обессиленным. Оно может не ждать твоей старости. Может уйти уже в тридцать пять или сорок лет.
Вы знаете, что в русской литературе были великие поэты, которые покончили с собой. Иногда я думаю: может быть, когда поэзия ушла от них, они уже не захотели жить дальше. Поэтому слово тоже уходит. Оно уходит, как облако в небе, как луна.
А наши первые, самые ранние рассказы - это след, с которым мы пришли в литературу. Когда я сегодня, уже с нынешней точки зрения, перечитываю то, что писала раньше, иногда думаю: «Лучше бы мои студенты этого не читали». Потому что с позиции нынешнего профессионального писателя, профессионального драматурга ты сама видишь все недостатки. Их видит не читатель, а ты сама.
В библиотеке у вашего Акима ага остались книги Чехова, где он на полях делал пометки. В одном месте он написал: «О, Антон Павлович, гений!» А в другом месте, читая, будто обращался к нему: «Антон Павлович, куда вы ушли? Та мысль, о которой вы говорили, оборвалась, вот это уже ушло совсем в другую сторону».
Я говорю вам сейчас именно о первых прозаических опытах, о ранних рассказах. Поэтому профессиональный писатель способен оценить, в каком месте другой писатель ушел в сторону, где он остановился, где нашел то, чего никто до него не говорил. Обычный читатель может этого не заметить. Возможно, это поймут литературоведы. Но профессиональным писателям такие вещи видны сразу.
Студент:
Добрый день, Роза апай! Меня зовут Бейбит. Как сказала наша Макпал апай, я тоже близок к поэзии, пробую себя в этом направлении. У меня к вам есть несколько вопросов.
Первый вопрос такой. К каким бы известным поэтам старшего поколения я ни обращался, почти всегда слышу один ответ: «Чтобы стать великим поэтом, прежде всего не запятнай свое сердце». Когда читаешь их поэзию, действительно чувствуешь в ней чистоту. А сейчас я интересуюсь драматургией, прозой, писательством. Какая чистота должна быть в человеке, чтобы стать писателем? Какая нравственная подготовка для этого нужна? Вы только что сказали, что даже человек, который читает пятьдесят лет, может так и не стать писателем. С какой внутренней подготовкой мы должны прийти к литературе?
Второй вопрос. Вы сказали, что писатель смотрит на мир не глазами большинства, а своим личным взглядом. Насколько вам удалось передать сложные, тревожные, противоречивые моменты жизни через драматургию? Насколько это проявляется в ваших драмах?
Роза Муканова:
Ты спрашиваешь, какая чистота нужна, чтобы стать писателем. Чтобы стать писателем, у человека должна быть чистая душа. Человек с нечистой душой не может стать писателем. Наверное, поэтому настоящих писателей так мало. Я ведь уже говорила: может быть, они рождаются раз в тридцать лет, а может быть, раз в пятьдесят.
У Марины Цветаевой есть такие слова: «Когда я сажусь за письменный стол, я чувствую себя так, будто сижу перед Богом». В моем понимании письмо похоже на молитву, на духовное обращение. Если душа человека нечиста, сможет ли он написать о чужой боли? Сможет ли написать о чужом горе?
Кого только не изображает писатель. Он пишет и о царе, и о хане, и о преступнике, и о грешнике. Но во всех них он ищет человеческое. Например, когда читаешь «Анну Каренину» Толстого, читатель ведь почти полностью становится на сторону Анны. Вот что значит писатель. Писатель видит в человеке прежде всего добро, свет, милосердие.
В обычной жизни он может жить очень просто. То, что многие люди считают ценным, он может так не оценивать. Его природа очень интересна. В глазах других он даже может показаться жалким человеком. Но на самом деле он принадлежит другому миру.
Это ответ на первый вопрос. Душа писателя должна быть чистой. Я ведь говорила раньше: письмо однажды может улететь от человека. Возможно, оно уходит тогда, когда человек обрастает славой, богатеет, становится знаменитым. А если человек сохранит свою чистоту, может быть, письмо осталось бы с ним навсегда...
Теперь перейдем ко второму вопросу. В моих произведениях очень много конфликта между внутренним миром человека и обществом. Конфликт с обществом, внутренние противоречия человека - это одна из моих основных тем.
Например, я считаю, что к пьесе «Бопай ханым», которая сейчас идет в театре, я пришла с особой подготовкой. Через образ Бопай ханым я хотела сказать многое. Почему рухнуло Казахское ханство? Что такое власть? Кто такой народ? Что такое толпа? Насколько сильным бывает внешнее влияние? В какой момент государство начинает рушиться?
В истории исчезло немало государств. Сегодня мы даже не знаем их названий. Поэтому «Бопай ханым» я писала с большой подготовкой и с политической, и с драматургической точки зрения. Я читала политическую литературу. В молодости я много читала художественную литературу. Позже, когда работала на государственной службе, меня стали интересовать судьбы крупных личностей, политические очерки, жизнь государственных деятелей. Именно с такой подготовкой я пришла к этому произведению.
Если бы к нам не пришла независимость, «Мәңгілік бала бейне» тоже не была бы написана. А если бы и была написана, то не увидела бы свет. Потому что в советское время такие темы были закрыты. Точно так же и «Бопай ханым» я не смогла бы написать в советскую эпоху. Многие наши старшие братья ушли из жизни с сожалением, так и не сумев написать об исторических личностях.
То, что я хочу сказать, заключается в следующем: драматургия - очень тяжелый жанр. Писатель Калихан Ыскаков говорил: «Есть классики, которые так и не ступают на путь драматургии». Потому что путь драматургии труден.
Если проза действительно сильная, она будет жить и в кино, и на сцене. А если в прозе чего-то не хватает, если она не доведена до внутренней зрелости, ее невозможно вывести ни на сцену, ни на экран. Например, «Көксерек», «Қорғансыздың күні» М.Ауэзова - все это вышло на сцену, вышло на экран. Почему? Потому что внутри этой прозы есть драматургическое ядро: есть конфликт, есть кульминация, есть развязка.
Поэтому драматургия - это большой котел мастерства. В нее вливается весь опыт прозы. В жанр драматургии может прийти только тот человек, который понимает ее природу, ее законы и внутренние требования.
Студент:
Добрый день, Роза апай! Мы рады приветствовать вас на этой встрече. Как филолог, я прочитал несколько ваших рассказов. Мой вопрос связан с рассказом «Қаралы төбе». В этом произведении говорится о том, что народ, даже зная правду, жил в страхе и с мыслью, что «власть знает лучше». Какую болезнь общества вы показали через строки «Жители Қаралы төбе, даже если не верят в Бога, верят во власть»? Освободился ли современный казах полностью от психологии слепой веры, сформированной советской системой?
Роза Муканова:
В то время через такие рассказы проявлялось внутреннее сопротивление автора. Ведь существовала система, которая загоняла мысли и сознание народа в одну форму, заставляла всех думать одинаково. Это была политика, направленная на то, чтобы превратить человека не в народ, а в толпу.
В моих произведениях таких моментов много. Но автор старается не ограничиваться только прямым высказыванием. Некоторые вещи передаются штрихом, деталью. Потому что эти произведения были написаны именно в ту эпоху, внутри той системы. Тогда приходилось думать: «Пусть это не заметят, но пусть акцент все же ляжет именно сюда». Поэтому тогда нужно было работать с такими деталями.
Мухамедали Абдуллаев:
Роза апай, еще один вопрос. Вы только что вспомнили слова Цветаевой: «Когда я сажусь за письменный стол, я чувствую себя так, будто сижу перед Богом». В целом, бывает ли в процессе письма связь с чем-то таинственным, невидимым? Ведь о многих писателях говорят, что у них есть такая мистика.
Роза Муканова:
Конечно, существует воображение. Но я ведь говорю, что природа пишущего человека особенная. Потому что он видит героя. Например, Чехов говорил: «Я вижу своего героя полностью, начиная с его лица и заканчивая старым поношенным пальто. Я вижу даже оторванную пуговицу, вижу, что его ботинки стерлись». Если посмотреть со стороны, это ведь не совсем обычное состояние - видеть то, чего нет.
Ахматовой тоже однажды задали похожий вопрос: «Вам ведь кто-то шепчет, а вы потом записываете?» На это Ахматова ответила: «Ко мне приходит стихотворение. И тогда я начинаю писать».
Эти слова нельзя понимать буквально. Это воображение, внутреннее чутье, творческое сознание. Конечно, у людей искусства бывает такое особое состояние. Но оно не бывает у каждого второго. Если бы это было у каждого, человек просто не смог бы удержать себя.
У талантливых людей такие свойства могут быть. Мы называем это вдохновением. Ведь говорят: «Ко мне пришло вдохновение». Письмо - это не то состояние, когда ты крепко стоишь ногами на земле. Иногда, когда пишешь, чувствуешь себя так, будто поднялся над землей на пять-шесть сантиметров. Потому что тебя поднимает вдохновение.
Мухамедали Абдуллаев:
О Мухтаре Магауине тоже ведь рассказывают подобные истории. Говорят, когда он писал «Чингисхана», только он сам видел, как на его письменный стол с неба льется свет...
Роза Муканова:
Да, такие вещи говорят. Но не нужно воспринимать это как буквальное мистическое явление. Это внутреннее духовное состояние человека. Само письмо иногда кажется чем-то пришедшим из невидимого мира. Поэтому и природа писателя бывает особенной.
После нескольких вопросов Макпал Социалкызы предложила перейти от разговора к самому произведению. Она пригласила студентку Баймахан Аяулым прочитать монолог Ляйли из «Мәңгілік бала бейне». В этот момент зал словно замер. Все, о чем до этого говорила Роза Муканова - о силе слова, о внутренней чистоте, о том, что литература рождается из души, вдруг ожило в одном художественном тексте. Монолог прозвучал очень искренне и эмоционально. Казалось, что это уже не просто чтение, а настоящий диалог автора со своим героем спустя десятилетия. И, наверное, именно тогда особенно остро почувствовалось, почему «Мәңгілік бала бейне» столько лет продолжает жить на сцене и находить отклик у новых поколений читателей.
Роза Муканова:
«Мәңгілік бала бейне» идет на сцене уже тридцать пять лет. Но зритель не боится Ляйли. Наоборот, он хочет быть таким же чистым, как Ляйля. Хочет быть таким же мечтательным, как Ляйля.
Ляйля - девочка, пострадавшая от полигона. Но я не хотела показывать ее инвалидность. Я хотела показать красоту ее внутреннего мира, ее чистоту, ее мечту. Думаю, мне удалось этого достичь.
Мухамедали Абдуллаев:
Какой совет вы дали бы молодежи?
Роза Муканова:
Давать советы очень трудно. Если бы у жизни был точный закон, точная формула, мы все стали бы счастливыми. Но человек должен быть чистым. Чистоту любит Аллах. Человек должен быть красивым. Красоту любит Тенгри. Человек должен быть милосердным. Милосердие никогда не оставит тебя одиноким.
Я желаю счастья всем вам.
Мухамедали Абдуллаев:
У Чехова тоже есть известные слова: «В человеке все должно быть прекрасно: и лицо, и одежда, и душа, и мысли». Мне кажется, в сегодняшнем разговоре мы получили ответы на многие вопросы, которые давно были у нас внутри.
Я сидел здесь и записывал эту беседу. На мой взгляд, это был разговор, к которому, как к «Пути Абая», можно возвращаться снова и снова, перечитывать и переслушивать. Когда слушаешь в первый раз, открываешь один смысл, а если послушаешь завтра, откроется уже другой смысл. Поэтому позже мы отправим вам запись этой беседы.
Роза апай - одна из тех немногих личностей, которые в восьмидесятые и девяностые годы смогли достойно ответить высоким требованиям казахской литературы. Спасибо вам за то, что нашли время и пришли к нам!
В завершение встречи Макпал Социалкызы предложила дать слово студентам, среди которых оказалось немало молодых поэтов. Несколько ребят вышли к аудитории и прочитали свои авторские стихотворения. В их голосах чувствовались волнение, искренность и желание быть услышанными.
Серикзат Максутулы:
Роза апай, добро пожаловать в нашу родную альма-матер, в наш қара шаңырақ! Вообще этот зал предназначен не для концертов, а для больших конференций. Наши преподаватели специально организуют здесь мероприятия, нужно сказать им большое спасибо за это.
Этот зал был открыт в 2003 году. Здесь в свое время проходили большие собрания, где сидели наши Мырзатай ага, Абиш ага. Здесь выступали и президенты. Здесь прошло множество исторических встреч. Поэтому то, что вы сегодня встречаетесь с крупной личностью казахской литературы именно в таком месте, это большая возможность.
Мы тоже в студенческие годы участвовали в таких встречах. До сих пор помню, как в университете имени аль-Фараби мы встречались с Акимом Тарази и Саином Муратбековым. Такие встречи влияют на жизнь человека. Для вас, студентов филологической специальности, такие беседы особенно необходимы. Одно дело - читать книгу со стороны, и совсем другое - услышать из уст самого писателя, как родилось произведение. Это совершенно иной опыт. Один из самых важных моментов практики как раз и заключается в этом.
Глядя сегодня на студентов первого курса, я радуюсь. Вы пришли с очень хорошей подготовкой. Среди вас много умных ребят. Есть молодежь, близкая к творчеству. Есть и те, кто участвует в айтысе. В наше время тоже проходили поэтические вечера. Тогда среди студентов формировалась литературная среда. Радует, что такая среда продолжается и сегодня.
Роза Муканова:
Я только что говорила вашим преподавателям: «Где вы собрали таких умных детей?» Сейчас требования времени другие. Современная молодежь очень умная. Но нужно трудиться. Много работайте над собой. Развивайтесь. Ставьте перед собой большие цели. Мечтайте.
У Акима Тарази была одна фраза: «Мечту слышит Аллах». Сейчас люди не умеют мечтать, не умеют воображать. А воображение и мечта - это большой дар, данный творческому человеку. Поэтому пусть ваши мечты исполнятся. Становитесь сильными, достойными людьми. Пусть мы встретимся с вами на хороших фильмах, хороших спектаклях, больших премьерах. Желаю вам здоровья.
Мухамедали Абдуллаев:
Есть такой лауреат Нобелевской премии Иосиф Бродский. У него есть такие слова: «От всего человека вам остается часть речи. Часть речи вообще. Часть речи». После человека остается только слово. Поэтому я хочу пожелать, чтобы слова, мысли и наставления, прозвучавшие сегодня здесь, сохранились в нашей памяти. Роза апай, большое вам спасибо!
Эта встреча оставила ощущение редкого и нужного разговора. В аудитории звучали не только вопросы о литературе, но и размышления о судьбе, таланте, памяти и внутренней свободе. Такие события важны тем, что после них студент уходит не просто с ответами, а с желанием читать, думать и бережнее относиться к слову.
